— Или хочешь молчать до завтра? Сейчас магазин закрыт, ключ мы не получим!

Полковник подчинился, я увидела, что у него трясется левая ступня, и поинтересовалась:

— До сих пор от горчицы болит?

Дегтярев кивнул.

— Бедненький, — пожалела я его, — давай намажу лапку вот этим кремом. Его очень хвалят, говорят: успокаивает любое раздражение, обладает чудесным ароматом, вкусом…

— Прикольно, наверное, свою ногу облизывать, — развеселился Юрец.

Я, не обращая внимания на его слова, вытащила из банки побольше крема, который оказался ярко-красного цвета, и принялась старательно накладывать его на ступни полковника, с которых кто-то уже стащил носки. Через пару секунд мои пальцы сильно защипало, пришлось прекратить занятие и подуть на руку."

"Полковник же снова посинел, побагровел, задрыгал ногами и свалился с унитаза на пол. Раздался глухой удар, как будто туго набитый мешок швырнули на землю. Голова Александра Михайловича стукнулась о плитку, соска со штопором вылетела наружу. Полковник завопил. Простите, не могу привести тут его слова полностью. Самыми цензурными оказались те, в коих он упомянул большую ягодичную мышцу, где следует навсегда поселиться блондинкам, у которых мозг склевали божьи коровки. Имени женщины он не назвал, но я обиделась и уточнила:

— Насекомые не имеют клюва!

Но толстяк не стал меня слушать, он вылетел в коридор с такой скоростью, словно работал на реактивной тяге.

— Почему дядя Саша злится? — удивился Юрец. — Вроде все супер! Носки сняли, ноги вымыли, пробка от удара головой о пол сама вылетела. Что не так?

— Цвет у крема нестандартный, — заметил Феликс, взяв банку, — как у гидранта. Из чего он сделан? О! «Разогревающая мазь от простуды, радикулита и прочего. На основе жгучего кайенского перца и яда ящерицы Катаманулько». Дорогая, ты вроде собиралась принести нечто успокаивающее с эффектом охлаждения.

— Случайно перепутала банки, — жалобно пропищала я, — честное слово, не хотела. У самой руки щиплет.

— Моя мама один раз вместо молока налила мне жидкость для протирки плит, — захихикал Юрец.

— Ужас! — ахнула я. — Ты выпил?

— Раз стою тут, а не лежу на кладбище, ясно, что нет, — веселился зять. — Запах меня насторожил. Не переживай, рассеянных женщин много.

— Я нашел и веревку, и перчатки с пупырышками, — радовался Коробко, появляясь в ванной.

— Уже не надо, — вздохнула я, — проблема решена.

Глава 28

Через два дня мы с Натальей встретились в кафе.

— Полотнянова не та, за кого себя выдает? — охнула Павлова. — Да что вы говорите?! Господи! Со мной это произошло впервые.

— Что именно? — осведомилась я, взяв у официантки чашечку с кофе.

— Что? — спросила Наталья.

— Вы сказали «Со мной это произошло впервые», — уточнила я.