Встречу я затягивать не стала — рассказала факты и, сославшись на плохое самочувствие и подорванное в столкновении с криминалом здоровье, попрощалась и направилась домой.

Зря я сегодня за руль села. Еще подумала обойтись такси, но, вспомнив, во сколько мест мне надо, дала слабину и решила, что поеду сама.

Оказалось, это мне не совсем по самочувствию. Слаба я еще, переоценила я свои силы. Но осторожно, не спеша, я таки добралась до дома, загонять джип в подземный гараж не стала, оставила около подъезда, поднялась в квартиру, выпила травяного чаю и рухнула в постель. Так и проспала до самого утра.

Разбудил меня настойчивый звонок смартфона. Холодный и жутко официальный голос капитана Марчука потребовал, чтобы я немедленно явилась в управление для беседы.

— Немедленно не обещаю, — остудила я его горячее желание пообщаться. — Но через час прибуду. — И не ожидая прощальных пожеланий, прервала разговор.

Старший оперуполномоченный был недоволен и холоден. Подняв голову от бумаг, разложенных перед ним, глянул на меня недобро, указал кивком на стул перед столом и снова погрузился в изучение документов.

А я села. Раз пригласили, чего уж, но спрашивать ни о чем не стала. Не-е, играть по его правилам я не собираюсь, и томить меня выдержанной паузой бесполезно, но, видимо, он этого еще не понял и продолжал что-то там изучать, шурша бумажками. Я же принялась рассматривать кабинет, только что не насвистывая какой-нибудь мотивчик от беспечности.

Как я и полагала, он не выдержал первым и, отложив в сторону очередную бумажку, поднял на меня взгляд своих строгих оперских глаз и спросил:"

"— Гражданка Юдина, вам известно, что убитый у вас в квартире мужчина является вашим мужем?

— Каким мужем? — обалдела я до глубокого потрясения.

— Бывшим, — совсем чуть-чуть и всего на мгновение непроизвольно сжались его губы, выдавая досаду.

Если бы я так внимательно не следила за выражением его лица, то и не заметила бы, а он конкретизировал:

— Бывшим мужем: Андреевым Аркадием Павловичем. Тысяча девятьсот семьдесят пятого года рождения.

Не скажу, чтобы я была так уж сильно потрясена известием, но изображала глубокий шок вполне достойно — от Аркаши можно было ждать чего угодно, даже такого гадского финта, как сподобиться умереть у меня в квартире.

— Но… — протянула я растерянно.

— Понимаю, о чем вы, Кира Андреевна, — кивнул Марчук, порылся в бумагах, извлек одну из них и протянул мне. — Вот акт экспертизы, установившей, что с лицом вашего мужа были проведены некие медицинские операции пластического характера, изменившие его внешность. Опознать же господина Андреева нам удалось по его стоматологической карте и неким иным особым приметам физического свойства, таким, как старый перелом кисти.