Сказав это, мужик посмотрел на меня отчего-то веселым взглядом, с большим познавательным интересом, и вдруг хмыкнул, крутнул головой, улыбаясь, и эдак ласково спросил:

— За что ж его так приголубили-то?

— Кто ж знает? — приподняв плечи и разведя руки в стороны жестом неопределенности, в тон ему ответила я. — Не участвовала. Меня тут не было.

— То есть как это не было? — поперхнулся от неожиданности капитан Марчук, чуть не подскочив на месте.

Вся расслабленность, напускная снисходительность и некая жалостливая благость в мой адрес в одно мгновение слетели с него, словно искусственный загар под горячей водой, и он вперился в меня цепким взглядом, спросив с некой осторожностью: — А где вы, Кира Андреевна, находились между часом и двумя ночи?

«Ну что, капитан, — подумала я, даже как-то слегка жалея его, — расслабился ты раньше времени, такой ляп допустил непростительный для сыскаря твоего уровня — не поинтересовался первым делом у подозреваемой, где она находилась этой ночью».

Сглупил. Явно. Бывает.

— В больнице, — как на духу призналась я, глядя на него преданным взглядом наивной Красной Шапочки.

— В какой больнице? — возмутился Сергей Дмитриевич.

— В центральной областной, — проговорила я тем же Шапочкиным тоном.

— А что ж вы раньше не сказали? — Он едва не плакал от досады.

Ну, не плакал, не плакал, это я уж так приукрасила немного, от легкой формы злорадства, но расстроился капитан сильно. А вот нечего тут было выпендриваться и переглядываться с прокурорским!

Ишь, деятели! Нашли они, понимаешь ли, убийцу, не отходя от кассы.

Имею полное право теперь поерничать от души.

Хотя бы мысленно. Но имею!

— Так вы не спрашивали! — ответила Красная Шапочка Серому Волку, хлопнув пару раз доверчиво ресницами.

— М-м-м-да… — протянул криминалист, все это время наблюдавший за нами, и тихо удалился из кухни.

— Это же меняет всю картину… — досадовал капитан до легкого зубовного скрежета, но сумел справиться с эмоциями, а вот от ворчания все ж не удержался. — Вы должны были об этом заявить в первую очередь! Это же в ваших интересах!

— Только что вы утверждали, что в моих интересах сделать признание в убийстве, — напомнила я ему и изобразила удивление. — И почему это я должна? — Я не собиралась облегчать его следовательскую жизнь и потакать его промахам. — Я потерпевшая, нахожусь в ужасном стрессе и шоке и вообще плохо соображаю из-за такого кошмара, а вы для того и следователь, чтобы задавать правильные вопросы. Думаю, даже вы, при всем вашем опыте, если бы обнаружили в своей квартире мертвеца, тоже сильно расстроились бы и нервничали, Сергей Дмитриевич.