Драки со всеми врагами во дворе больше не казались ему такой уж проблемой. А вот странные двуногие пугали до одури. Учитывая небольшой размер, проскочил он в дыру свободно.

Что в этот момент происходило у меня. Я еще не пришел в себя после горячего душа, как вдруг из-под ванны вылетело нечто орущее. Бешенное, с круглыми глазами. Оно впендюрилось в противоположную стену, потом прыгнуло в ванну, в которой стоял охреневший я, и в которой еще имелось сантиметров двадцать воды.

Упав в воду, кот Аристарх окончательно догадался, что вообще настал писец. Он с диким мявом по моей голой заднице, а потом спине, взлетел на мое же плечо и там прочно закогтился.

Сказать, что я испытал все оттенки боли и одновременно ненависти к котам, это не сказать ничего. Мне кажется мои глада стали такими же бешенными, как у этой твари.

Причем все заняло считанные секунды.

Я схватил полотенце, полотенцем цепанул кота и принялся сдирать его с плеча. Просто голыми руками сделать это было невозможно. Психованный Аристарх просто обезумел. И что? Разве может быть хуже? Спина вся подрана, я чувствую, как по ней течет кровь, на плече, вцепившись намертво когтями, орет кот.

Оказалось, может. Эта тварь от испуга обделалась. Прямо на мне.

Матвей Егорыч тем временем, вместе с Андрюхой кинулись к двери ванной и начали ее выносить. Не знаю, что им представлялось. Наверное, решили, на меня упала чугунная труба канализации, или я поскользнулся и свернул себе шею, или схватился рукой за лампочку и меня шандарахнуло током. При этом оба они звали меня по имени, напрочь забыв, что дверь открывается наружу, а не внутрь, и одновременно долбились в нее.

С горем пополам я выбрался из ванной.

Оторвал воющее животное от своего плеча. Только открыл дверь, кот рванул наружу. Причем, полотенце, зацепившись за одну его лапу, волочились следом. Котяра влетел в спальню, прыгнул в открытый шкаф на полку свежего постельного белья и забился в угол.

Мы забежали следом, потому что по запаху и Матвей Егорыч, и Андрюха поняли, быть беде. А я и так это знал.

Картина — дверь шкафа открыта, с полки, где Тониными руками заьотоиво сложены стопы свежих простынь, течет вода с говном.

Естественно, ни о какой больнице даже говорить не приходилось.

Следующий час мы занимались тем, что убирали последствия нервного срыва кота, а затем Тоня почти столько же обрабатывала мне спину. Спина болела ужасно. Я не знаю, как эта тварь ухитрилась исполосовать мне весь зад. Такое чувство, будто у него ее четыре лапы, а сразу шестнадцать.

Когда все закончилось, стало понятно, в больницу меня не пустят сто процентов. Да и я не мог нормально пошевелиться. Мы проводили Тоню и Семена спать, а сами устроили совет. Я хотел узнать у Андрея подробности.