Он перелистывал документы, внимательно читал и ставил подпись. Пока он был занят, я осмотрелся. Здесь все было так же, как и в прошлый раз. Только дверь поменяли. Значит, пожар повредил только приемную. Интересно, кто будет следующим секретарем ректора?

— Вы, наверное, уже знаете, зачем я вас позвал? — Григорий Георгиевич отложил ручку и внимательно посмотрел на меня.

— Нет. Зинаида мне ничего не объяснила.

— После происшествия с Ильей Трясогузкиным, выяснилось, что вы нарушили один из запретов академии. А именно, использовали магию не на специально подготовленном полигоне, а на спортивной площадке. Хорошо, что никто не пострадал.

— Я был очень осторожен и ушел подальше от людей. Кроме меня на спортплощадке никого не было, — твердо сказал я.

— Это я понимаю, но и вы меня поймите. Если вы нарушили запрет, значит, заслуживаете наказания. Верно? — он пристально посмотрел на меня.

— Верно, — согласился я, потому что он реально был прав."

"— Вот и отлично! Тогда назначаю вас дежурным по закрытым дверям. Каждый вечер, в течение недели после окончания занятий, вы лично должны будете пройтись по всем этажам и проверить, все ли закрыто. Если какая-нибудь дверь будет открыта, то нужно взять ключ и закрыть. Мы не запираем двери академии на ночь, но должны быть уверены в целости и сохранности всего, что находится в аудиториях и кабинетах. Что скажете?

— Хорошо. Я принимаю ваше наказание, — кивнул я, встал и зашагал к двери.

Уже в коридоре я с раздражением выдохнул. Вечера у меня были заняты охотой, но теперь придется ждать, когда закончатся занятия и только после проверки, перемещаться на первый уровень.

— Хорошо, что наказание всего на неделю, — решил я и спустился в библиотеку.

Зинаида уже была в белом манто и в шапке из такого же меха.

— Собирайтесь, поедем на полигон. Мишени готовы.

Я обрадовался и заспешил к гардеробной за шубой, а преподаватель осталась ждать меня у парадного входа.

— Какое наказание назначил вам Григорий Георгиевич? — спросила она, когда мы вышли на улицу и зашагали к туннелю.

— В течение недели проверять закрыты ли все двери.

— А, ерунда, — махнула она рукой в белоснежной варежке.

Мы издали услышали гудок тарантайки, поэтому ускорились и запрыгнули в последний вагон уже на ходу.

— У нас сегодня два занятия на втором полигоне, — сказала она и зябко поежилась, хотя в вагоне было тепло.

— Опять буду молнии формировать или что-то посерьезнее?

Она окинула меня недоверчивым взглядом и сказала:

— Вам бы для начала надо научиться управлять обычными молниями. Потом уже перейдем к тем, что посерьезнее.

Я вмиг заинтересовался и попросил ее поподробнее рассказать об этом.

— Следующим уровнем будут шаровые молнии.