Если у него этот ученик был, конечно. У меня такого не было. Во–первых, ко мне никто не стремился, зная мой… хмм… тяжелый характер. А во–вторых, я сам не был морально готов к такой ответственности, являясь, по определению, одиночкой. Хотя, Гранд–Мастер Вульф проел мне всю плешь по этому поводу.

Я улыбнулся, увидев сходство его с герцогом Хрулевым. Но я был непреклонен. Возможно, и зря. Сейчас бы в том моем прежнем мире было бы на одного хорошего Охотника больше.

Вообщем, обернулся я, мысленно попросив у Андросова и Морозовой прощения, и увидел два пьяных тела, которые, как два разряженных петуха, бросались друг на друга.

— Ты кого назвал сволочью, Калинин?! — возмущался высокий и худой граф, держа за грудки невысокого крепыша с перстнем виконта.

— Тебя назвал, Верещак! Больше тут сволочей я не вижу!

— Дуэль? Запросто! Ты об этом сейчас пожалеешь! — отступил коротыш, кладя руку на свою саблю.

Тяжело передать словами, какой камень упал с моей души в этот момент. Да что там камень… Гора взяла и свалилась в пропасть, перекрыв все мое сожаление.

Я реально был уверен, что это кричат мне, а оказалось, что нет… Я рад… А еще был рад побледневший Андросов, который сам был готов убить того, кто бросит мне вызов на дуэль, и этим испортит вечер его красавице невесте.

Впрочем, теперь убивать ему никого не нужно, просто проконтролировать эту дуэль.

Вокруг быстро образовался галдящий народ, уже получивший «хлеба», но желающий «зрелищ», и вперед вышел Андросов, твердой рукой придержав свою невесту.

Терраса была маловата, и все вышли на улицу. Кавалеры над дамами держали зонтики, всё было чинно и благородно, прям, по аристократически! Секунданты раздали своим подопечным последние указания, а «бойцы» в это время разогревали мышцы.

Мне стало скучно следить за всем этим, и даже виски не согрел мою скучающую душу, а потому…

— Ставлю на виконта! — закричал я. — Тысячу рублей!

Вокруг наступила полная тишина. Даже будущие участники дуэли прекратили свою «физкультуру». Десятки глаз посмотрели на меня как–то странно.

Твою ж мать, Сандр! Увлекшись активной боевой деятельностью, все мои инстинкты и привычки из прошлого мира снова «расцвели пышным цветом». Что там одно несчастное десятилетие в этом мире, тем более в юном организме, с беспокойными гормонами, по сравнению с длительным сроком «там»? Кажется, с меня слетает вся шелуха цивилизованного мира, а из–под нее выглядывает хищный оскал профессионала, всю жизнь рисковавшего своей жизнью.

В прошлом мире, конечно же, не было «дуэлей», тем более, до смерти, но вот тренировочные поединки были частым и необходимым действием. Хотя, тут я немного погорячился. Дуэли были, но слишком редко, и точно не брат с братом.