— Княгиня, — обратился я к Исико Инари, — вы в курсе наших планов. Хотел бы узнать, через сколько состоится ожидаемое нами всеми событие?

— Три дня, граф, — склонила голову будущая тёща."

"— Надеюсь, нас ждёт скромное семейное торжество? — судя по встрече в воздушном порту, на подобный исход я уже не надеялся, но Исико моего сарказма не распознала.

— Всё будет в соответствии с нашими традициями, — с непроницаемым выражением лица ответила вдовствующая княгиня и отправилась в паланкин.

За моей спиной ожидал команды выдвигаться Маркус, а Тэймэй уже воплотила своего верхового лиса.

«Не забудь вишневые лепестки сакуры, — подсказал я невесте, — будет очень эффектно на белом снегу».

Процессия тронулась.

* * *Никто не говорил, что будет легко. То, что нас будут вести от самого воздушного порта до Осаки сразу пять соглядатаев, было ожидаемо, с точки зрения политики, но неожиданно, с точки зрения низкой подготовки оных. То ли нам настойчиво мозолили глаза, то ли кто-то совсем страх потерял. Никаких активных действий они не предпринимали, держались на расстоянии, потому я даже не видел смысла в их задержании.

Достаточно было моих любимых комарих. Они принесли мне столько крови, сколько нужно, чтобы определить заказчиков, среди которых оказался принц Есихито, новый князь Меказики и виконт Окойя.

Если подумать, то у всех них были причины нас сильно не любить. У Есихито Тиль отжала дирижабль, у рода Меказики мы с Тэймэй сменили двух князей за короткий период, а у Окойя невеста увела из-под носа будущего оракула Атараши.

Вот только род принца был под клятвой, новый князь Меказики нас вообще на руках носить должен был за расчистку пути к власти, а вот Окойя, да. Те могли окрысится. Их нападение на деревеньку Уни и наш маленький шантаж ради амулета для Тэймэй явно оставили неизгладимое впечатление у некоторых представителей рода. Поэтому подсознательно я ждал провокаций именно от них.

Но те медлили. Километры дороги таяли, приближая нас к новой столице империи. Там нам предстояло подать для регистрации экземпляр брачного договора Тэймэй и затем провести все торжества честь по чести.

Погода портилась. Из низких серых туч срывался мокрый снег, который отчего-то нас возненавидел и норовил попасть в самые неприятные места.

«Может, присоединишься к матери?» — спросил у невесты, едущей почти во главе каравана.

«Первый меч империи не будет прятаться от непогоды, — последовал короткий ответ. — Но мне приятна твоя забота».

Мы успели добраться до небольшого постоялого двора в два этажа, где носильщикам предстояло смениться на паланкине, а всем чуть отогреться, выпив травяного отвара. Во время короткой остановки вдовствующая княгиня успела размять ноги, при этом то и дело косясь на меня и моих людей.