* * *Дмитрий Фёдорович Медведев в который раз перечитывал показания свидетелей с алмазного рудника близ Вилюйска и не мог взять в толк, то ли ему пора выпить, то ли свидетелей вместо лечебных настоек напоили чем-то совсем другим."

"Нет, ну это уже ни в какие ворота! Банда пиратов на императорском руднике, так удачно залетевшая на огонёк через месяц после сезонного сбора. Прорыв изнанки с высокоранговыми тварями, которые по удачному стечению обстоятельств сожрали всего пятерых человек, остальных перепугали до полусмерти. Трофейный дирижабль и тридцать пять пиратов в качестве подарка Дмитрию Фёдоровичу. И все с чистосердечными признаниями! Осталось только красную ленточку повязать на этот балаган и можно орден на грудь получать за предотвращение крупнейшего хищения за лет пять.

Вот только Дмитрий Фёдорович не был дураком. Все последние проблемы с упущением ментатора из разработки и посторонним воздействием на него, с утечкой информации по руднику были набатом о наличии внутреннего крота. Кто-то удачно сливал информацию, саботируя работу службы имперской безопасности.

Легко было попенять Орлову, когда у того завёлся Крысин и годами вёл свои дела в Министерстве обороны. Теперь такая же крыса завелась и у него, а возможно, и не одна, с учётом того, что Дмитрий Фёдорович в упор не видел связи между эпизодами, кроме косвенной причастности к обоим графа Комарина.

Глава 9

Вилюйск мы прошли почти без задержек, а вот в Петропавловске-Камчатском нас ожидала беседа с представителями Имперской службы безопасности по поводу посещения запретной зоны. Мои ответы были абсолютно нейтральными: посетили по ошибке, получили рекомендации из столицы, выполнили рекомендации, покинули зону. Ничего про нападение пиратов не слышали и про прорыв изнанки тоже. Капитан дирижабля, нужно отдать ему должное, ответил практически то же слово в слово, с разницей, что переговоры вёл я и рекомендации из столицы получал тоже я.

Где-то на пути к Шивелучу со мной связался Андрей Петрович и сказал всего одно слово:

— Спасибо!

Когда я же по обыкновению принялся всеми силами отпираться, якобы я не я, не был, не привлекался, четко следовал рекомендациям, Андрей Петрович меня коротко прервал:

— Не нужно слов, я знаю. Вы знаете. Этого достаточно. Вы могли улететь и не вмешиваться, но пожалели людей. Я это ценю.

На этом наш короткий разговор завершился. Я же в уме прокручивал свои действия. Каким образом их можно было связать со мной? Выходило, что никаким. Но принц был абсолютно уверен, что я приложил руку к разгрому пиратов. Странно и опасно. Чего-то я не видел или не понимал.

* * *Андрей Петрович вышел из кабинета Дмитрия Фёдоровича в задумчивости.