- Но потом успокоилась, даже замуж вышла за того мужика, который сейчас сюда приехал. Говорила, что эта страховка ее на случай, если Виталь Иваныч бросит ее с ребенком.

Я едва не взвыл. Значит, я - та самая страховка. Прекрасно.

- А потом у них снова что-то закрутилось-завертелось, Виталь Иваныч с министершей своей рассорился, хозяйку обратно к себе позвал. Та ребеночка бросила, как только родила, и укатили они за границу. Только Виталь Иваныч уж больно транжира большой. Знаешь, как Августа Юльевна на него кричала, когда он в казино чуть ли не жить прописался? Уууу!

Та, которую конопатая назвала Лялькой, слушала это, открыв рот.

И я ее понимал. Речь девушки была весьма забавной - этакая смесь современности и деревенского, даже старинного, колорита. И я бы даже может поулыбался, если бы не понимал, как много всего творилось в тот момент, когда я жил себе спокойно три года, воспитывая дочь.

И какие страсти бурлили вокруг моей девочки все это время.

- Так вот вернулись и хозяйка, и Сивацкий обратно. Виталь Иваныч сразу к министерше своей побежал, а та теперь уже сама за него схватилась. Вроде как все старее становится, а детей так и нет.

- Так взяли бы откуда-нибудь… Сейчас в детдоме деток полно, - пожала плечами Лялька.

Конопатая покачала головой. Про посуду она благополучно забыла.

- Чтобы потом у ребеночка дурное наследство какое вылезло?

- Наследственность. Дурная, - поправила ее Лялька.

- Ну вот и говорю. А тут Августа вспомнила про деток. Оказалось, первая, ну просто куколка. А вторую уже родила другая женщина.

Ляля округлила глаза, на что конопатая махнула рукой.

- Ну да, я же не объяснила. Августа Юльевна тогда в клинике несколько деток сделала. Одного выносила, а остальных отдала.

И вот оказалось, что у нее двое теперь девочек. Потому они придумали обеих забрать - министерша бы подуспокоилась. Виталь Иваныча лишать денег и должностей не стала бы. А хозяйка бы при детях была, ну и Сивацкий бы уже никуда от нее не делся. Ему-то эти дети даром не нужны, воспитывать их кому-то надо, когда министерша на небо отправится.

- А теперь что? Снова поругались?

- Ой, ты же вчера ушла рано. А тут такой скандал был!

Конопатая еще активнее замахала руками, округлила глаза.

- Иваныч кричит - убери эту малявку из дому, надоела.

Августа сначала умоляла его вообще уйти от своей министерши, потом обзывать стала… ну снова-здорово, что он со старухой ради денег и карьер. Вот он и уехал и теперь не знаю, вернется ли. Но думаю, отдаст Юльевна девчонку обратно мужу своему. Неспособная она к воспитанию. Ей бы в ванне понежиться, да шампанского с клубникой на завтрак. Какие уж тут дети.

О, под последнее описание женушка подходила на все сто процентов. Итак, значит, пока все шло так, что мы с Лебедевой могли выйти из этой ситуации без потерь.