- А ты будто бы не понимаешь! - хмыкнул в ответ, складывая руки на груди. - Ну, например, ты прибыла на днях ко мне и заявила, что хочешь принимать участие в воспитании Лены. Не припоминаешь?

Августа надула губы, будто бы я только что обвинил ее как минимум в расчленении и поедании младенцев. Причем живых.

- Вообще-то, я ее мать! - с жаром заявила она.

- И где у тебя было это прекрасное чувство последние три года? - осведомился я.

Без пяти минут бывшая женушка насупилась. Я видел, что в этом больше напускного драматического таланта, чем в постановке большого театра.

- Егор, я так запуталась, - сказала Августа после паузы.

Стала мять салфетку, и если бы я не знал эту женщину, как свои пять пальцев, поверил бы, что она действительно переживает.

- Запуталась в чем, Августушка? - спросил я и пошел ва-банк: - В том, хочешь ли ты воспитывать Лену, или нет? Или в том, как добыть обратно те эмбрионы, которые ты отдала на донорство, даже не уведомив меня об этом?

Я знал - из клиники, если моя бывшая жена там все же была, ей уже обо всем донесли. И о том, что я в курсе наших отданных детей, пусть и в стадии заморозки биоматериала.

И о том, что мы с Евой уже побывали у Раисы Васильевны, следовательно, тайна донорства в случае с Лебедевой нарушена. Так что ходить вокруг да около мне было незачем, да и некогда. Я просто обязан был разузнать обо всем, и, по взгляду, которым меня окинула Августа, понял, что достиг цели своими словами.

- Я тебе об этом говорила! Ты даже подписал бумаги. А вообще, Андреев, вспомни, как ты отнесся к идее эко. Прямо скажем, без огонька.

Еще бы с огоньком, когда вместо обычного способа приходилось идти признаваться в любви к пластиковому стаканчику.

В этом Августа была права - я действительно тогда не особо вникал в происходящее. О чем, собственно, впоследствии пожалел. Потому что Ленка была тем человеком, ради которого я готов был горы свернуть. А теперь таким человеком для меня являлась еще и Маруська…

- Уверен, если бы ты обсуждала со мной передачу наших детей неизвестно кому, я бы точно это запомнил, - парировал на выпад Августы.

- Ой, Андреев, давай не будем, - хмыкнула женушка и принялась за порцию салата, поставленного перед нею официантом. - Какая тебе разница, где там и кто воспитывает остальных детей, если их рожала не я?

Я так и офигел от наглости этой дамочки.

Она серьезно озвучила именно это? Что мне важна Ленка только потому, что ее произвела на свет Августа?

- Мне есть разница, в отличие от тебя. И это не я сбежал куда глаза глядят, как только родилась наша дочь.

- Я вернулась. Я хочу воспитывать Лену тоже. Забирать ее на выходные, например. А потом и вовсе она может захотеть переехать к нам. У нас с Сивацким большой дом.

Ага, вот оно что. Тот самый олигодепутат - Сивацкий. Что-то я о нем слышал.