Причем нас было четверо, так как мама, сославшись на усталость (за что я ей был благодарен), удалилась отдохнуть. А после легкого вечернего перекуса счастливая бабушка отправилась укладывать внучек, мы же с Лебедевой расположились на террасе с бокалами сухого белого."

"- Я - стану, - сказал веско, но когда Ева прищурилась, добавил: - Не хочу тебя в это впутывать. Это моя бывшая жена начала творить такой бред. Мне с этим и разбираться.

Лебедева поджала губы, после чего отпила глоток Совиньон блан. Я невольно завис взглядом, наслаждаясь видом того, как притягательно выглядит рот Евы.

- Тогда перефразирую - что станешь предпринимать ты? Уж прости, Андреев, но доверия у меня к тебе не очень много.

Она развела руками, я же мысленно чертыхнулся. Впрочем, Ева была совершенно в своем праве.

- Для начала - отправлюсь в клинику. И, если понадобится, разложу ее по кирпичику, - сделав вид, что не заметил укола, которого заслужил на все сто, ответил Лебедевой. - Затем, если Августа вдруг появится на горизонте вновь, пойду говорить с этим ее олигодепутатом.

- Почему думаешь, что она может не появиться? - вскинув брови, спросила Ева.

- Потому что у моей… бывшей… есть забавная особенность. Она может вдруг внезапно пропасть и не появляться годами.

Лебедева хмыкнула, я же потянул из бокала Совиньон. Сам же сидел и размышлял о том, каким идиотом был все эти годы. Ведь останься мы в отношениях с Лебедевой, могли проводить вот такие вечера на вполне законных основаниях. И не однократно, а на протяжении долгих лет.

- А мысли у тебя есть о том, зачем ей не только Лена, которую она сама родила, но еще и мой ребенок? - спросила Ева.

Я видел, что она не расслаблена, но делает вид, что спокойна.

- Нет, - помотал головой. - Никаких мыслей на этот счет. Разве что…

Я запнулся. Озвучивать, что отцом Лены и Маруси могу быть вовсе не я - последнее, что стоило делать. И все же… И все же я отчетливо понимал - скрывать и дальше свои опасения не стоит. Если уж мы едины с Евой, то и откровение между нами должно быть стопроцентным.

- Разве что? - уточнила Лебедева, когда пауза в моих объяснениях излишне затянулась.

- Разве что я знаю лишь поверхностно о том, что происходило в клинике, когда мы делали там эко.

Ева нахмурилась и мне тут же захотелось взять и стереть это выражение с ее лица. Неважно - как. Важно другое - чтобы только она больше никогда не грустила.

- В общем, я очень хочу ошибаться, но существует вероятность того, что отец девочек - не я. Имею в виду, биологически, - мрачно проговорил, а сердце мое заколотилось как бешеное от одного лишь предположения, которое высказывал.

- Ох…

Ева округлила глаза и приложила ладонь к губам. Мне нравилась эта ее реакция.