— Я так понимаю, вас купили, — не спросил, а утвердительно сказал я. — Передайте им, что они могут дружно пойти все нахер! Да, и последнюю бумагу можете оставить себе на память, — швырнул я бумаги ему обратно, он еле поднял руки, чтобы те не попали ему в харю.

— Сержант! — заорал мужик во всю глотку, и в кабинет вбежал молодой парень. — Почему преступник не в наручниках? Он напал на меня! Быстро заковать его в анти-магические наручники и отвести в камеру строгого оберегания.

— Какой нервный у вас пухляш тут сидит, — хмыкнул я и поднялся, давая понять, что может отвести меня в камеру.

Наручники на меня почему-то не надели — редкая эта штука, и дорогая, а повели под конвоем в мою новую камеру. Отлично, блин...

Убью сучков, как только выйду... Эти мелкие ублюдки написали на меня заявление, и купили этого надутого следователя.

А последней бумагой, которую я кинул ему в лицо, были требования по снятию обвинений. Подумать только, они хотят публичных извинений и покаяния, чтобы я признал свою вину и заявил, что осознал, насколько был не прав. И за это семь лет готов служить купеческой семьей Тагиловых, того самого сынка, которого я заставил обоссаться на коленках.

А ведь хана им... Они еще не поняли, на кого решили наехать. Понятно, что там денег много, вот и ощущают себя вершителями судеб.

Эх... Жаль, что у меня все личные вещи при входе отобрали, а то хотелось позвонить Андросову и попросить, чтобы его папа всё-таки прислал кавалерию. Чисто поржать...

А еще меня посадили в общую камеру, что абсолютно точно было запрещено законом. Это даже я знал!"

"— Эй, новенький, а ты чего не здороваешься? — лысая детина хамоватым образом подошла ко мне, и положила руку на плечо.

— Так ты посмотри, Малыш, к нам занесло благородного господина! — обрадовался беззубый, который нарезал яблоко ножом.

— Ага, привет! — на автомате отвечаю этому малышу, и сразу пробиваю его в солнечное сплетение.

Не помог ему его кривой доспех. Доспех — это целое искусство. Его нужно правильно создавать и плести. Парочку неверных вливания энергии, и он не будет защищать, как надо.

Вот у него он был ужасный, и сразу сломался.

— Кхе... — завалился он на пол.

— Еще есть желающие? — осмотрел всех собравшихся.

А желающие были... Неужели их подговорили, чтобы они унизили меня? Они что, за идиота меня держат? Хоть бы личное дело прочитали!

Как глупо, и плевать, что у всех был Дар. Пару минут развлечений, и десять стонущих тел валяются на холодном полу.

Зашибись... И все они владели Даром.

Поскольку место за столом освободилось, я скинул оттуда их пожитки и уселся. Я как бы собираюсь здесь сидеть с комфортом.

Так... Нужно подумать... Что дальше делать? Ну, посадить меня вряд ли смогут. Я этого не боюсь, мне больше не нравится торчать в этом месте, как заключенный.