Но почему за Милин счет? Хотите побаловать детей новыми телефонами – затяните пояса потуже, откажитесь от любимого сыра и шоколада, прекратите гонять элитные чаи, и через месяц-другой телефон у вас в кармане!

Я не против любви к детям, но разве я обязана выступать в роли спонсора этой любви?

Увы, Мила понимала, что у нее никогда не хватит духу обратиться к мужу и свекрови с этой справедливой речью…

Свекровь, легка на помине, встретила ее в прихожей неодобрительным взглядом:

– Милочка, хочу напомнить, что вечером Женя приведет своего поклонника. Следует принять его достойно.

Тебе следует, ты и принимай, подумала Мила желчно. Но поплелась в гостиную, наводить лоск. До последнего момента она не верила, что этот поклонник придет.

Но он явился.

Мужику было лет сорок, Женя годилась ему в дочери. Она стеснялась, чувствовала себя смущенно и неловко, зато ему все было нипочем.

Наталья Павловна выплыла в прихожую, он щелкнул каблуками и представился:

– Долгосабуров Константин Федорович. Ваше приглашение для меня большая честь.

Не заметив хорошо скрытой усмешки, старуха милостиво кивнула и улыбнулась своим фирменным оскалом.

Миле, с ее чутьем взрослой опытной женщины, гость не понравился.

Матерый волк, темная душа. Интересная внешность. К таким женщин тянет как магнитом. Особенно чистых и наивных дурочек вроде Жени. Как там поет «Дискотека авария»? Женщины любят подонков, лишь они оставляют здоровых потомков. Мила и сама в свое время не избежала этой участи, но они с Колькиным отцом хотя бы были ровесниками!"

"Михаил обменялся с гостем рукопожатием. Милин муж прост, как пряник, весь как на ладони. В такого ни одна женщина не влюбится.

Зато со спокойной душой оставит на его попечение свою дочь.

– Прошу в гостиную, – торжественно произнесла Наталья Павловна.

Гость поправил перед зеркалом непослушный вихор и последовал за ней.

Мила с Женей быстро накрыли на стол, все уселись, и старуха принялась разливать чай, придерживая крышечку аристократической рукой с крупными кольцами. Ей сразу удалось создать за столом атмосферу морозной вежливости, и Женя окончательно поникла. Гость, единственный из всех, чувствовал себя непринужденно.

Не дожидаясь расспросов, он рассказал о себе – ровно столько, сколько приличествует при первом знакомстве.

Бизнесмен, одинок, родители умерли. Врет насчет одиночества? – подумала Мила.

Наталья Павловна начала разговор о погоде. Как в лучших домах Лондона. Гость поддержал, потом похвалил стоявший в горке сервиз Натальи Павловны. В улыбках старухи поубавилось леденящей жути.

– Женечка, будь добра, завари еще чаю, – Наталья Павловна многозначительно кивнула девушке. – И приготовь еще бутербродов, пожалуйста.