– Девятнадцать?! Да какая же ты тетенька?

– Никакая! – рыкнула я, не обращая внимания на сдавленный смешок Карела. – Сто раз уже сказала, что я не тетенька! Тебе-то самому сколько?

– Мне-то? – расплылось в шкодливой улыбке мелкое недоразумение и пошевелило ушами. – Я же эльф, мы взрослеем медленно, живем долго, и я стану совершеннолетним только в сто двадцать лет. Мне уже все рассказали про мою расу. Сейчас мне тридцать шесть.

– Отлично! – хищно ухмыльнулась я. – Значит, это ты будешь моим опекуном! Станешь оплачивать мои счета и путешествия. Как хорошо-то! Дяденька Михалиндар, угостишь меня пирожным? Я люблю те, которые с шоколадом и орешками.

Улыбка медленно сползла с мордашки эльфёнка. Кажется, он осознал всю нелепость ситуации. Разрядил напряженный момент Карел, который вдруг рассмеялся. Причем сделал это так заразительно, что у меня тоже начали подрагивать уголки губ, хотя вообще-то мне было совсем не до веселья. Это ведь ужас, а не ситуация!"

"– В общем, так, дорогие мои, – снова заговорил магистр Новард, когда все успокоились. – Кира, бога ради, прекратите тащить все, что вам вздумается, в ВШБ. Я уже устал от ваших находок и выходок. А ведь еще с подарком графа Касаля не разобрались. Подписывайте документы, тут все оформлено в соответствии с законами магических миров. Я заранее озаботился, пообщался с юристами, так что все бумаги в полном порядке, требуется лишь ваша подпись. До конца летних каникул Михалиндару разрешено по-прежнему пожить в школе в одной из пустующих комнат общежития, но вообще займитесь его устройством, не откладывая. Ребенок не может оставаться здесь, среди взрослых студентов. Я и так пошел навстречу, учитывая всю сложность и нестандартность ситуации, и позволил ему эти месяцы обитать тут. Но скоро начнутся занятия, и за ним некому станет присматривать, да и комнату эту займет кто-то из первокурсников. А малышу нужен дом, уют и, по-хорошему, родители.

– Магистр, а вы не хотите усыновить чудесного глазастого мальчика? Книгоходца опять-таки? Вы ведь взрослый, вы можете! – с дикой надеждой спросила я, глядя на ректора.

– Простите, Кира, но моя семья – это ВШБ. Все адепты – мои дети, хоть и не навсегда, а лишь на годы обучения. Поэтому – нет, усыновлять я никого не стану, – покачал он головой. – Его опекун вы, нравится вам это или нет. У вас достаточно средств, я ведь в курсе и совершенно не возражал против того, чтобы вы улучшали свое финансовое положение. Я разумный человек, адептка, и все понимаю. Поселите мальчика куда-нибудь, найдите няню. А там что-то да решится… Или попробуйте устроить его в семью к каким-нибудь эльфам, у вас ведь обширный круг знакомых. Но при всем моем желании и сочувствии я не могу позволить ему остаться в ВШБ или взять ответственность за него на себя.