Ольга Валентиновна, Валька с кафедры неорганики, трое механиков, чьих имен я не помню, и другие, которых видела мельком и с трудом узнаю.

На Краева это не производит впечатления. Он все так же непреклонен:

— Смотри в оба. Поняла?

— Так точно капитан.

Целует, обжигая прикосновениями, и меня посещает развратная мысль, а не утащить ли его куда-нибудь в тайный уголок зала для ожиданий, но настойчивый гудок поезда разбивает мои эротические фантазии.

— Пора, — снова целую. В этот раз медленно и нежно, впитывая его тепло, растворяясь в нем. А потом ни с того ни с сего произношу, — я тебя люблю.

И так легко на душе становится, будто заново родилась.

— Знаю, — чопорно кивает, — Эй!

Это я пихаю его в бок:

— Что значит знаю? Ты должен был упасть на колени и со слезами на глазах простонать: и я тебя, моя госпожа. Целовать песок, по которому я ходила, ну и дальше по списку…

— Непременно. Вот как госпожа вернется со своей дурацкой конференции, так и колени будут, и все остальное.

— Это шантаж?

— Он самый, — смеется краев, — все беги. Если не хочешь заскакивать в вагон на ходу.

— Ты мне зубы не заговаривай, — хватаю его за грудки, притягивая ближе, — я так и не услышала ответа.

— Ты его и так знаешь. Без слов.

Смотрю ему в глаза и понимаю, что действительно знаю. Давно. Он любит меня.

Уже оказавшись в вагоне, я буквально прилипаю носом к окну и пожираю взглядом мужчину, стоящего на перроне. Он просто охрененный и он мой. Полностью и без остатка.

Я уже мечтаю поскорее вернуться обратно"

"Поезд постепенно разгоняется, выезжает за пределы станции, стрелой прорезает город и вскоре уже мерно стучит колесами посреди поля. Вдали темнее неровная кромка леса, на небе — скудные облака, в душе — странное ощущение подъема. Мне хочется смеяться. И я смеюсь, не боясь показаться безумной соседям по купе. Пока только на верхней полке лежит рюкзак, обладатель которого шляется не пойми где, остальные пустуют.

Я потихоньку разбираюсь, заправляю постель, беру дребезжащий стакан у проводницы и завариваю чай. Но только решаю погрузиться в конспект и повторить все к завтрашнему выступлению, как дверь откатывается и в проеме появляется Коля.

— Златка?! — изумляется он, — мы с тобой соседи?

— Привет.

Я рада, что это оказался именно Миронов. Это гораздо лучше, чем какой-нибудь незнакомый потный мужик или брюзжащая бабка с солеными огурцами. Но на всякий случай произношу:

— Будешь храпеть — придушу подушкой.

— Ты, что! Я сплю, как сказочная принцесса. Вокруг порхают радужные бабочки и поют соловьи, — ржет парень, ловко забираясь на верхнюю полку, — а вообще, Злат, у меня планы на эту ночь. Наша компания в соседнем вагоне, будем кутить и дебоширить. Если хочешь — присоединяйся.

— Пожалуй нет.