Гродар сжимал флейту, и смотрел на вновь погрузившееся в темноту кладбище так, что стало ясно — живым не сдастся. Вторая группа вовсю вызывала подмогу.

— Валиант! — прошипел Гродар с такой ненавистью, что я сходу поняла – он этого демона тоже не любит.

— Что будем делать? – прицеливаясь браслетом, поинтересовалась я.

Кот взглянул на меня как-то странно, хмыкнул и выдал:

— Молиться.

— Серьезно? — я реально понадеялась, что это была шутка.

— Серьезно, — без шуток подтвердил Гродар.

Руш стремительно срывала с себя одни браслеты, и надевала другие. Зурх перезаряжал оружие, прихватив пару обойм у Гродара.

То есть в силу молитвы тут явно особо не верили.

Я вспомнила историю с Навьеном в морге, и решила, что хуже уже не будет.

Когда я уселась на крышу склепа в позе лотоса Руша, странно на меня посмотрела, но молча протянула один из своих еще не использованных браслетов — не стала отказываться, мало ли, вдруг пригодится.

— У вас вторая фея? – крикнули с соседней крыши.

— Типа того, — ответил Гродар, с нескрываемым сомнением взирая на меня."

"Все на этой крыше знали, что я не фея.

Все, включая меня.

Но это не помешало мне, закрыв глаза, старательно воскресить в памяти залитое холодным светом помещение морга, разорванное тело Навьена и всю ту боль, что рвала меня изнутри. Говоря откровенно, сейчас я испытывала несколько иные чувства, ощущая себя… да преданной и брошенной. Но несмотря ни на что, Навьен был мне дорог. И Навьен был вампиром.

Как и все эти, восставшие.

Я представила себе, как мучительно погибали вампиры. Если предположить, что в деле был замешан Валиант с его «Твой шанс», значит погибали тут более чем мучительно.

Зачем? Понятия не имею. Но мне очень хотелось, чтобы все они были живы. Все кто погиб не своей смертью. Все, кого жестоко убили. Все, кто отдал свои жизни за чужие или даже свои идеалы.

Я просто хотела, чтобы они были живы. Вопреки всему. Чтобы просто были. Целые, невредимые, живые.

«Господи, помоги мне…» — было последней отчаянной мыслью.

И тут меня за руку схватила Руш, и начала стремительно натягивать на меня браслет за браслетом. С соседней крыши коллеги пошвыряли нам оружие и раздался крик:

— Если вашей феечке нужны амулеты, у меня есть рунические с полным резервом!

И тут снизу послышался голос:

— У меня семь родовых артефактов.

Не стрелять, я жива. Передайте фее.

Какие артефакты? Я тут с конструкцией стрелятельного браслета до конца не разобралась, про артефакты вообще понятия не имею, так что я просто продолжила делать то, что умела — молиться. Не то чтобы читать «Отче наш», хотя мысль выучить наизусть теперь в планах определенно присутствовала, но в остальном… Я просто хотела, чтобы все были живы.