Обычным земным очкариком, который пытался сделать тот мир лучше. Но, это было настолько давно, что от воспоминаний остались лишь едва заметные оттенки, где-то в глубине моего сознания. Но в груди всё равно приятно потеплело.

— С двадцати трёх ноль-ноль — комендантский час. — строго произнесла Злова, про которую я уже успел позабыть: — Двери открываются в семь утра. Занятия начинаются ровно в восемь тридцать. За опоздание — выговор. Три выговора — отчисление!

— Правильно. — согласился я: — Точность — вежливость королей.

— Ненавижу эту фразу. — нахохлилась красивая птица.

— Хех, тоже знаешь её продолжение? — усмехнулся я.

А полностью она звучала так — «Точность — вежливость королей, но обязанность для их подданных». То есть, король имеет полное право опаздывать, в отличии от своей прислуги. И зачастую данную фразу использовали, скорее, как сарказм или иронию.

Если бы не Толик, и его невероятная эрудиция, то мне пришлось бы сидеть за книгами ещё больше. Новоиспечённый брат буквально с нуля научил меня местным присказкам, поговоркам и афоризмам. Ну, не всем, конечно… Но пока хватало, чтобы поддерживать простой разговор.

Обойдя несколько красных лимузинов, из которых слуги продолжали таскать чемоданы в сторону погрузочного пандуса, мы с Пусей поднялись на крыльцо.

— Двери общежития открыты весь день. Если забыл что-то у себя в комнате, то можешь вернуться прямо во время занятий. Никто мешать не станет. Сейчас познакомлю тебя с комендантом. Она душка! — Ведьма открыла дверь и пригласила меня внутрь.

Фойе больше напоминало приёмную дорогого отеля. Стены украшены деревом, почти так же, как в «Демидовском экспрессе», но… меня сразу же посетила мысль, что ремонт тут делали последний раз лет пятьдесят назад.

Нет, всё выглядело замечательно и очень дорого, но имело оттенок времени.

На полу красовался ярко-красный ковёр, по краям которого была нашивка на незнакомом мне языке. Кажется, Толик упоминал, что в Университетах часто пользовались латынью — языком врачей и философов.

А на стенах висело просто нереальное количество светильников с абажурами, которые привносили в атмосферу некоего гостиничного уюта. Не домашнего, конечно… но тоже сойдёт.

Возле лестницы находился широкий шкаф с книгами.

Невооруженным взглядом можно увидеть, что томики успели много чего повидать за свою жизнь. Однако, это добавляло всему окружающему некий шарм слегка потрёпанного, но всё ещё очень дорого места.

Мы подошли к стойке со звоночком, на которую был прикреплён герб Университета — щит, поделенный по горизонтали ярко-красной полосой, на которой восседал филин в квадратной академической шапочке, а в клюве он держал древний свиток с красной императорской печатью. Позади красивой птицы стояло чёрное древо.