— Сыровата крепость. Из обычного леса строилась, задешево. Выходит, сие бывает и хорошо.

Поляки ждали, облачившись в броню и взявшись за оружие. Зачем — непонятно. Если стены и займутся — гореть будут до утра, раньше внутрь не войдешь. А если нет — так и вовсе зря старались.

После поджога прошло уже несколько часов — но стены так и не полыхнули. Чадили, коптили, парили — но не горели. И тут вдруг ворота распахнулись, из крепости плотными рядами начали выезжать боярские дети — в сверкающих доспехах и шлемах, с нацеленными в небо рогатинами с широкими наконечниками.

Короткая заминка, позволившая отряду развернуться до полусотни всадников в ряд — и кованая конница с оглушительным боевым: «Ур-р-ра-а-!!!» — ринулась в атаку на никак не огороженный лагерь.

Поляки метнулись кто куда: многие сразу рванули бежать, побросав оружие, на ходу расстегивая кирасы и сдирая кольчуги, кто-то шарахался по лагерю, кто-то вопил, схватившись за копья и топоры, готовился к бою. Воевода, даже если бы и мог что-то сделать для отпора — времени для его организации не имел. За те недолгие минуты, пока он узнал бы про нападение, пока оценил обстановку, принял решение, куда и как размещать силы, пока отдал приказания и собрал бы полки — в общем, сделать что-либо польский командующий никак не успевал.

— Давайте, ребята, давайте! — забывшись, князь даже привстал, рискуя выдать врагу место татарского схрона.

Впрочем, сейчас захватчикам было не до того, чтобы смотреть по сторонам. Боярские дети носились между палатками, накалывая рогатинами и рубя саблями визжащих, как крысы, чужаков, сбивали их с ног, топтали лошадьми, расшвыривали одиноких храбрецов, решивших принять смерть с мечом в руках.

— Молодец, княже, молодец, Василь Борисович! Ай да Шеин, ай да удалой воевода! В ножки за тебя родителям твоим поклонюсь и Иоанну о том же накажу!

Испоганили лихую атаку немцы. В отличие от прочего сброда, они не кинулись спасать свои шкуры и не заметались в панике. Латная пехота быстро расхватала алебарды, сошлась плечом к плечу. Маленькие отряды, отступая друг к другу, быстро слились в крупные полки, ощетинившиеся стальным частоколом, выдвинулись вперед, развернулись, защищая от разорения свою часть лагеря.

Некоторое время наемники стояли на месте. Видимо, дисциплинированные немцы ожидали приказа. Боярские дети держались от этой молчаливой живой стены подальше, предпочитая истреблять менее опасную живность. И правильно, на взгляд Андрея, делали. Уничтожать захватчиков следовало с наименьшими потерями. А кирасиры…"

"Внезапно немецкие полки зашевелились, часть отряда числом не меньше тысячи отделилась от главных сил и, сохраняя плотный строй, спокойно и уверенно двинулась к распахнутым настежь воротам города.