- Все равно не понимаю…

Митя положил деньги на стол, повернулся к Варе, взял ту за плечи и, глядя сестре в глаза, тщательно выговаривая каждое слово, сказал:

- Варюш, эти деньги нам вернули. Назад. Человек Усановой. Сказал, что и остальные вернут в течение суток. Максимум двух.

Варя не могла себя видеть, но чувствовала, как выражение крайнего удивления появляется на её лице: как распахиваются глаза, как брови невольно скользят вверх. Она открыла рот в беззвучном вопросе, чтобы через пару секунд закрыть.

И лишь когда сглотнула, смогла говорить.

- Вернули? Нам? Но почему?.

. Стоп-стоп-стоп! Получается, Усанова запустила процесс, и у нас отберут Ваню? Так, получается?! На кой черт…

- Варя, помолчи! – резко оборвал её Митя. Он никогда не грубил сестре, не позволял себе повышать на неё голос. Эффект неожиданности сработал, и Варя умолкла. – Никто ничего не собирается запускать. Мы точно не знаем, но как поняли из скупой информации, что нам дали, у Усановой крупные проблемы. Очень крупные. И она возвращает нам деньги. С какой целью? Чтобы тот человек, который устроил ей проблемы, притормозил. Отозвал процесс. Догоняешь?

Варя моргнула раз.

Второй.

И лишь потом в её голове огненными буквами вспыхнуло имя.

Макар.

- Не может быть…

- Может. Мы сами по первости прихерели, по-другому и не скажешь. Нас прессуют несколько месяцев, а тут на попятную. И деньги вернут!

- Стойте, - Варя выставила руку вперед. – Подождите немного радоваться… Если Усанова отказывается от денег, то что с Ваней? Она исполнит наш договор? Вопрос с Ваней-то не решен.

- Будем давить до конца.

Варя подавила желание вспылить. Давить – не выход.

- Нам нужны официальные документы.

- Варя, ты помнишь, что сказала Усанова?

- Что? Она много чего говорила.

- Никто из нас не может усыновить Ваню.

Варя порывисто встала и зашагала по кухне.

- Знаю… Знаю, черт возьми. Мы никто, и зовут нас никак. Почти такие же малолетки. Но опеку нам над ним могут дать! Почему нет? Мы не пьющие, все работаем, Митька у нас вообще чемпион! Чем мы плохи?

Все вопросы относились к числу риторических.

Они – семья. И между тем каждый из них член неполной семьи. У них ни у кого нет второй половины. Да и кто из молодых в нашем мире сейчас согласится взять на попечение почти взрослого чужого ребенка.

У каждого будут мысли: вся жизнь впереди, ладно, рожу своего."

"Ни Митя, ни Марк ничего ей не ответили.

- Я хочу выпить.

- Вчера пила.

- И у тебя сегодня тренировка.

- Блин, иногда от нашей всей правильности выть хочется.

- Алкоголь – не выход. Мама бы не одобрила.

Стоило упомянуть про маму, как слезы подобрались непозволительно близко.

- Мама – запрещенный прием.

- Зато действенный. Кофе стынет.

Варя послушно села за стол. И, правда, не стоило про алкоголь. Спиртное – для слабаков.