Топ поддерживал грудь, уплотнял её, но Макар без труда определил наличие третьего размера, и снова досадливо что-то дернулось внутри.

Знакомо…

С полгода назад с ним уже было нечто подобное. Когда запал на девочку с первого взгляда, но пришлось уйти в сторону даже без конкурирующей борьбы.

И вот снова.

Что, Карельский, стареешь? Теряешь хватку?

Или просто время пришло?

У незнакомки лицо так же заставляло мужчин приосаниться, некоторых – поспешно прятать за спину правую руку с обручальным кольцом. Высокие скулы, алебастровая кожа с легким загаром, красивые аккуратные брови – не татушно-самурайские, которые в последнее время вошли в моду и моментально сделали девушек штамповыми, как под копирку. Ресницы - тоже настоящие.

Лет десять назад Карельский и внимания не обратил бы на подобные моменты: что настоящее, что искусственное. Однажды приелось однообразие. Вот и результат.

Непонятно, куда бы дальше завел их разговор, если бы один из мальчиков, Саша, не осмелился позвать его:

- Макар Витальевич…

- Сейчас начнем. Пять кругов легким бегом. Вперед! – отдал он распоряжение, не отводя взгляда от зеленоглазки.

Та едва слышно ахнула.

- Вы и есть Карельский, да? А я к вам к кабинету ходила.

- Зачем?

- Поговорить.

- О чем?

Она закусила нижнюю губу. Излишняя бравада и вызов постепенно сглаживались, отчего лицо только выигрывало, затягивая Макара всё сильнее.

Красивая. Нежная.

Черт!!!

- Я лоханулась по полной, да?

- Ты всегда так выражаешься, что другим хочется тебе помыть рот с мылом?

Не только помыть…

Даже больше – кое-что в него вогнать. По самое не хочу.

И тут Макар заметил, что девочка краснеет.

Кажется, кто-то подумал о том же, о чем и он."

"- Извините. Я обычно правильно разговариваю и не выражаюсь, просто… - Её брови сошлись на переносице. В глазах появилось смятение, которое отчего-то пришлось по душе Макару. – Я вышла, а Вани нет. Не то разозлилась, не то испугалась. Побежала его искать. Мне правда надо с вами поговорить. Уделите время?

Она смотрела на него так, что, если они в течении минуты не завершат разговор, у него в штанах станет дискомфортно. Дети порой замечают куда больше, чем хотелось бы думать взрослым.

- Я освобожусь через час. Дождешься – поговорим.

Всё. Сказал он и пошёл к ребятам, не посмотрев более на неё.

Занятия отвлекли его от мыслей о незнакомке.

Он любил заниматься с детьми и надеялся, что и у него всё же будут дети. Пора бы. Сорок два года всё-таки. Охренеть. Думаешь – молодой, вся жизнь впереди, а тут оглядываешься, а тебе уже сороковник. И много чего сделать ещё не успел.

А надо.

Занятие пролетело быстро, и, прощаясь с последним ребенком, Макар невольно задался вопросом: ждет или нет?

Помня про негласный вызов в глазах незнакомки, он не мог с уверенностью дать ответ на вопрос.