Она скользит по мне взглядом и тут же переключается, обращая все внимание на Довлатова.

— Неожиданное приглашение, — усмехается.

— Сам не ожидал, — отвечает Вадим. — Присаживайся, — указывает ей на кресло, где сидел я, протягивает чашку кофе.

— Спасибо, надеюсь у этого свидания на троих есть веские причины, — холодно произносит она.

— А вот сейчас вы определите, насколько они веские.

Не знал, что Нелли и Довлатов настолько вольно общаются. Весь обслуживающий персонал, не имеющий отношения к семье, здесь безмолвный и бесправный. И я парадоксально ревную, как одержимый. Мне кажется, ни один мужик не может спокойно воспринимать эту женщину. Я даже ревную Нелли к этой чертовой чашке кофе, к которой прикасаются ее губы. Я насмерть влюбленный идиот. Это сумасшествие, но я готов сойти с ума рядом с ней.

— Заинтриговал, — произносит Нелли.

— Ты тоже подходи ближе, — кивает мне Седой и что-то набирает в своём ноутбуке. Жёстко бьет пальцем по большой кнопке и разворачивает его нам."

"А кино у нас для взрослых. И сюжет лишает меня равновесия. Я понимаю, что просчитался. Меня подвела моя самоуверенность. На видео съемка из салона машины. Регистратор-то я вывел из строя. Только вот не знал, что в салоне стоит еще одна автономная камера. И, слава богу, она пишет только внутри салона. Трахались мы на капоте. Иначе я бы не сдержался и всё-таки съездил Довлатову по морде за то, что он видел Нелли в момент нашей близости. Мы сворачиваем в переулок, разговариваем, я вылетаю из машины, она за мной. Все мышцы каменеют, в висках начинает пульсировать.

— Тут перемотаем, — прокашливается Вадим, прекрасно понимая, по какой причине мы отсутствовали. Потому что, мать его, все понятно, по нашему затраханному виду, когда мы садимся в салон, как я ее целую, трогаю, говорю с ней. Звук тоже, слава богу, не пишется. Но все предельно ясно.

Седой останавливает видео и разворачивает ноут к себе.

— Денис, запирай двери, — усмехается Нелли, нам надо устранить свидетеля, — продолжает пить кофе.

— Рад, что вас это веселит, — хмыкает Довлатов.

Уже не скрываясь и не сдерживаясь, подхожу к Нелли, упираясь руками в спинку ее кресла. Она склоняет голову и, как ласковая кошка, трется о мою ладонь. Суток не прошло с момента нашей близости. А я смертельно соскучился. Мне хочется большего. Мне хочется… Прикрываю глаза.

— Почему я не знал об этой камере? — серьёзно спрашиваю Довлатова.

— Ммм, покажи мне пункт в твоём договоре, где я должен был перед тобой отчитываться?

Матерюсь сквозь зубы.

Черт. Я просчитался.

— И как ты используешь эту запись?

— Я могу ее использовать для своих целей. Это же бомба. Жена Литвина с охранником – вот он, моральный облик супруги кандидата в депутаты законодательного собрания, — иронично выдает Довлатов.