Ты, Брыло, считай, что тебе повезло. Я прекрасно понимаю, что стан ваш ты не выдашь. Туда ведет одна-единственная тропа. — На этих словах Дмитрий сделал ударение, он как будто не сомневался в том, что так оно и было. — Отряд по ней к вам не подвести, наступать с нее невозможно. Посему я предлагаю тебе обмен, имею на то особые полномочия от государя.

— Что за обмен? — Разбойник сразу ожил, позабыл про боль.

— Я отпускаю тебя, ты идешь в стан, приносишь оставшиеся сокровища и икону. Тогда царь простит тебя. Но одного. Остальные разбойники ответят по всей строгости. Хотя государь милостив, может и не казнить их. Только в этом случае ты получишь жизнь и свободу. С тобой твоя семья, больной сын, которому требуется серьезное лечение. Откажешься, и я тут же зарублю тебя, потому как ты для государя да и для меня никакой ценности не представляешь. Это Меченого и Воронова мне приказано доставить живыми на Москву. На тебя это царское повеление не распространяется. У тебя не так уж и много времени на то, чтобы принять решение. Я жду. — Савельев извлек из ножен саблю и аккуратно провел ладонью по острому лезвию, показывая Брыло, что с ним будет в случае отказа.

Брыло же откровенно радовался. Так в этой жизни ему еще не везло. Этот воевода оказался редкостным простаком.

Игнат выдержал паузу и как бы нехотя выдавил из себя:

— Согласный я!

Савельев вложил саблю в ножны и заявил:

— Верное решение. Завтра на рассвете жду тебя с иконой и сокровищами. Семью возьми с собой. Понял?

— Понял.

— Повтори!

— Завтра на рассвете вынести икону и сокровища, вывести семью. Ты проверишь, не обманул ли я тебя.

— Верно.

— Только уговор, князь. Чего будет со мной не из клада, то не тронешь. Мне еще устроиться на новом месте надо, сына лечить.

— Не трону. Ты мне икону и золото принеси. Не вздумай оттуда что-то брать! Меченый этого не знал, но к кладу была приложена опись. Если чего-то не досчитаемся, то наш уговор теряет силу.

— Согласен.

— Развяжи его, Тарас, пусть идет на болота, — сказал Савельев Дроге.

— Ты делаешь большую ошибку, князь, — заявил дружинник.

Савельев повысил голос:"

"— Делай, что приказано!

Ратник подчинился.

Скоро Брыло подался на болота. Он с трудом снимал за собой щиты, дабы преследователи не догнали его. При этом он все больше удивлялся наивности воеводы московской дружины.

Да и не только разбойник.

Сразу же после ухода Брыло Савельева окружили его воины.

— Что это значит, князь? — спросил Бессонов. — Почему ты отпустил разбойника? Он же ничего не принесет и не выйдет из стана.

Савельев осмотрел подчиненных и спросил:

— Неужели вы плохо знаете своего воеводу?

— Потому и дивимся, — сказал Бессонов.

— Недолго осталось дивиться. Скоро сами узнаете то, чего я покуда не скажу. Но золото и икона будут у нас.