И Георгий Константинович, думаю, помнит фамилию Шубин. Пойдешь вместе со мной к комфронта?

Свистунов растерялся и вроде бы даже стал меньше ростом. Вообще-то сотрудники Смерша никого не боялись, даже с генералом могли говорить свысока. Но на фронте все знали крутой нрав генерала Жукова, знали, что он не боится спорить с самим Верховным главнокомандующим. К тому же в позиции Свистунова имелся изъян: ведь он так и не заставил Шубина подписать признательные показания. Это был большой прокол, который в случае конфликта грозил особисту большими неприятностями.

– Зачем же вместе? – пробормотал он. – Я лучше потом… отдельно…

– Вот как? – презрительно процедил сквозь зубы Рейтер и снова повернулся к водителю: – Ты почему еще не выполнил приказ?

Молодой водитель, как на пружине, запрыгнул в кузов, достал из кармана нож и перерезал веревки на руках Шубина. А потом помог ему слезть на землю. Без этой помощи разведчик бы не справился – его шатало.

– Давай сюда его «дело»! – потребовал Рейтер у Свистунова.

– Но… – начал мямлить тот.

– Давай дело, или я о твоих «подвигах» на самый верх напишу! – пригрозил генерал.

Больше ничего не возражая, особист полез в свой портфель и достал «дело», заведенное на Шубина. Рейтер бегло просмотрел его, затем взял своими железными пальцами за края – и порвал папку пополам, а затем еще раз пополам и еще раз. И выбросил клочки.

– Вот цена твоих «подвигов», капитан! – сказал Рейтер. – Ты бы лучше настоящих немецких шпионов ловил, как вот в 30-й армии поймали одного субчика. Все, чтобы я больше тебя не видел!

– Садись, Шубин, – приказал он разведчику.

Капитана не надо было приглашать второй раз. Он сел в машину, и она тотчас тронулась с места.

– Значит, он тебе ту геройскую разведку в вину поставил? – спустя некоторое время спросил генерал.

– Так точно, товарищ генерал, – ответил разведчик. – Больше-то у него ничего не было…

Надо сказать, говорить Шубину было трудно: после случившегося его била крупная дрожь. Он все еще не мог поверить в свое избавление.

Макс Рейтер на это ничего не сказал, только покачал головой. Они уже подъехали к штабу армии в деревне Ручьи. Вслед за генералом Шубин вошел в помещение штаба. Рейтер провел его дальше, в комнату, которую занимал он лично. Достал из шкафа бутылку водки, налил полный стакан и подал разведчику.

– Пей, – сказал он. – Потом тебе есть принесут. А чуть позже врач придет, синяки и раны твои подлатать. В таком виде я тебя в роту отпустить не могу: скажут, командир где-то по пьяному делу крупно подрался. Подрыв авторитета командира допустить нельзя. Так что ты денек у меня здесь, при штабе, поживешь. А потом уж пойдешь к себе в роту. А там тебя будет ждать новое задание.

– Какое, товарищ генерал? – вскинулся Шубин.