Воспользовался твоим безвыходным положением, — он укоризненно потряс головой, и кончик бороды смешно дернулся.

Бог мой, о чем он говорит? Какое еще положение?! Из-за нарастающего беспокойства не поняла и половины его слов. Нужно было срочно убираться отсюда. Но куда? Бежать через лес? Я даже примерно не представляю, в какой части света нахожусь. А если вокруг тайга на много километров? Черт бы побрал эту магию!

— Вы же можете отправить меня обратно? У меня там дочь осталась, а ваш наемник поджег дом! — голос сорвался, и пришлось прикрыть глаза, уговаривая себя, что Ирен вместе с подъехавшей полицией справились. Не могли не справиться.

Моль, которую этот недоделанный ритуалист куда-то тащил, бросила на меня жалобный взгляд. Кажется, навка точно знает, что задумал Юрий. И судя по ее виду, это «что-то» она не переживет. И мне стыдно за то, что я готова уйти отсюда без нее, но мысленно успокаивая себя тем, что одна против черта я все равно ничего не стою, зато вернувшись, смогу привести на помощь Андрея.

— Нет, ты идешь со мной. Пусть угроза жизни твоей дочери будет дополнительным стимулом.

— Каким еще стимулом?! Если с ней… — я сбилась, чувствуя, как по щеке катится слезинка. Договорить я так и не смогла. Да нет, даже… даже думать не стоит о плохом, с Алей все сейчас в порядке.

— Нет, у моего братца все-таки отвратительный вкус. Ты ж тупая как пробка, — Юрий подтолкнул меня в спину, заставляя выйти перед ним на тропинку. — Хотя нет, знаю!

Он вдруг снова захохотал, словно пришедшее ему на ум было самой смешной вещью в мире. Я невольно обернулась, но он лишь снова надавил на мое плечо.

Между тем, пахло близостью реки, но просвета в деревьях я нигде не наблюдала.

— У него, видимо, детские комплексы. Я всегда был умнее его. А тут ему просто захотелось выделиться на чьем-нибудь фоне, — отсмеявшись, фыркнул он.

— Вы же говорили, что он меня использовал… — глухо отзывалась я, из последних сил цепляясь за разговор, пытаясь отвлечься от мыслей о судьбе дочери.

— Что и требовалось доказать, — самодовольно произнес он. — Сколько ты о нас знаешь? И до сих пор не поняла, как все устроено.

— Не так уж много я знаю. Только то, что вы не можете входить в дом человека без приглашения. Что не можете напрямую навредить матери новорожденного и самому ребенку. Что у большинства на вас аллергия, кроме тех, кого когда-то сильно любили.

— И? До сих пор не догадалась, зачем Андрей притащил тебя в свой дом? Он был против того, что я затеял. Решил, что сможет меня обыграть.

— Я нужна была… — из-за сдавливающих грудь эмоций дышалось трудно, не то что думалось.

И, тем не менее, я повторила про себя все, что только что сказала. Не могут войти, если в доме живет человек. И не могут навредить.