Ему не нужно было произносить ее имя, чтобы я поняла, что он говорит о Серафине. Я была ошеломлена тем, что он поднял вопрос о моей сестре. До сегодняшнего дня он избегал ее, как дьявол избегает святой воды.

— Да, иногда. Особенно на Рождество или дни рождения, но иногда просто в обычных ситуациях, но это нормально. У нее своя жизнь, а у меня своя."

"Я ждала его гнева, потому что он обычно быстро приходил, когда упоминался Лас-Вегас, даже мимоходом. Я подумала, не сказать ли ему правду, что несколько раз разговаривала с Финой по телефону, но потом решила этого не делать.

Он воспримет это как предательство, что было еще одной причиной, по которой я не была уверена, смогу ли снова поговорить с сестрой.

— Ты?

Он нахмурил брови.

— С чего мне скучать по ней? Я никогда не проводил с ней время. У меня есть ты, и я не хочу никого другого.

Я прижалась к нему, жадно впитывая его слова. Они были сказаны без колебаний.

От прохладного ветерка по коже побежали мурашки. Данило погладил меня по руке.

— Может, нам зайти? Ты замерзла.

— Нет, — быстро ответила я. — Давай останемся ненадолго. Слишком красиво.

Данило кивнул, глядя на меня сверху вниз.

— Ты абсолютно права.

Глава 20

🐞 София 🐞Небо было затянуто тучами, и темно-серое небо сгущалось на горизонте. Лениво позавтракав в постели, мы с Данило отправились на прогулку по лесу, прежде чем раскаты грома заставили нас вернуться в домик.

Как только мы оказались внутри, небо разверзлось и полил сильный дождь.

— Отличная погода для камина, — сказал Данило, собственнически целуя меня в шею, прежде чем направиться в гостиную.

Я улыбнулась, глядя, как он складывает в камин сухие поленья. Я переоделась из своей прогулочной одежды в более удобный шерстяной свитер и юбку, прежде чем спуститься вниз.

— Захвачу несколько закусок для пикника на полу, — сказала я мимоходом и направилась на кухню.

Пятнадцать минут спустя я вернулась с подносом шампанского, фруктового ассорти, бельгийских шоколадных трюфелей и французского сыра. В камине пылал огонь, и Данило уже собрал овчинные коврики вокруг камина.

Идя к нему, мой желудок сделал сальто о ранее забытом голоде. Я поставила поднос на пол и улыбнулась мужу. Он взял меня за руки и поцеловал ладони. Мы опустились на пол, моя спина прижалась к груди Данило, его ноги вытянулись по обе стороны от меня, Мы принялись за сыр и фрукты.

В конце концов Данило открыл шампанское, и мы пригубили его.

Данило поцеловал меня в шею, затем осторожно опустил вырез свитера, обнажив мое обнаженное плечо. Его губы скользнули по моей коже.

— Ты невероятно красива, София. Каждый сантиметр тебя.

— Серьезно? — прошептала я.

Данило и раньше называл меня красивой, но после многих лет неуверенности в себе я не могла слышать это достаточно часто.