К реке спускалась прямая дорога, и было видно, что от воды разрастаются и пытаются вскарабкаться вверх, к домам, щупальца тумана. Мы не стали спускаться в низину, просто дошли до крайних домов и стояли, любуясь звёздами, выглядывающими из-за облаков, жуткими клубами тумана, стелющимися внизу. Казалось, что вот-вот из белой мути выскочит вурдалак, но присутствие Эля придавало этим фантазиям ощущение сказки или фильма ужасов. Я привыкла, что он всегда рядом, всегда защитит. И когда внезапно небо и земля поменялись местами, перед глазами мелькнуло и исчезло встревоженно-растерянное лицо Эля, я не испугалась.

Я наблюдала из угла кабинета Владыки. Высокородный эльф стоял ко мне спиной, заложив руки за спину, и смотрел на тёмное небо в обрамлении изумрудных лиан. А я и не замечала, что по правой стене, позади стола, в кабинете есть окно. Или оно обычно было занавешено теми же лианами?"

"Перед столом, на коленях, уперев руки в покрытый короткой густой травой пол, стоял сбежавший эльф. Опустив голову, он что-то беззвучно говорил, и уши Владыки краснели, а плечи напрягались всё больше. Наконец, беглец замолчал. Владыка, не оборачиваясь, махнул рукой, и два эльфа в зелёной форме стражей леса подняли и вывели беглеца прочь. Правитель эльфов остался в один. Он стоял, устремив взгляд в темноту за окном, и было в этой неподвижности что-то пугающее. Напряжение нарастало, казалось, вот-вот начнут прыгать искры по окружающим предметам.

Просто смотреть на это со стороны было невозможно. Чтобы хоть что-то сделать, я начала звать. Кричала, стучала по стене и потолку в том углу, где по ощущениям парила в воздухе. Ничего. Тишина. Я не сдавалась, пока были силы, пока окончательно не охрипла, кричала снова и снова. Это было бесполезно. Владыка меня не смог бы услышать при всём желании, ведь я была не здесь, в его кабинете, а где-то далеко, на руках Эля. Мне просто позволили смотреть… Я попыталась выйти из угла, но меня не пускала невидимая сила. Я была словно в коконе, за границы которого не могла выбраться. Оставалось только с отчаянием смотреть, как дрожат пальцы Владыки, как бледнеют кончики его ушей, и эта холодная ярость была намного страшнее, чем бурлящий гнев в тот момент, когда я только оказалась в кабинете. Я смотрела, как Владыка сжал кулаки, а потом медленно, с усилием, отпустил руки. Миг, и словно лопнула струна в воздухе. Владыка резко развернулся, схватил стеклянную фигурку оленя со стола и швырнул в стену. Брызнули осколки.

Я открыла глаза и уставилась в потолок. Понадобилось время, чтобы осознать, что я лежу в комнате в доме старосты, на кровати. Кто-то заботливо разул меня и укрыл одеялом. Хотя почему «кто-то», если это наверняка был Эль. Дверь отворилась, впуская Хранителя с подносом в руках.