Только Аррияша и Ксандера оставил, и то, полагаю, чтобы я с них магию цедила на зелья.

Я и цедила… Злилась, психовала, но цедила… И зелья мы штамповали с Тирханом так, что только перья летели…

Домашние даже не пытались ко мне лезть.

Во-первых, видели мое настроение. Даже Илиас на время забыл о своих капризах. Какое там... Эти два дня Илюшка был самым милым в мире зайчиком, просто не ребенок, а золото!

Во-вторых, чувствовали то, как изменилась атмосфера. В воздухе искрилось не то чтобы напряжение, а прям предчувствие чего-то глобального. Лишь бы не безвозвратного…

В-третьих, помочь они все равно ничем не могли.

Уж точно не в лаборатории, куда путь всем, кроме меня и Тирхана, был заказан. Ну еще и посменно Ксандер и Аррияш допускались. А мы с учителем сидели тут практически безвылазно.

– Тирхан, чувствуешь, слышишь?

Я отставила очередную склянку и прислушалась к себе. Мне чудилось какое-то тяжелое эхо. Я подобное слыхала, и не раз – когда разминировали мины, оставшиеся со времен ВОВ. И неважно, что я от того места была за много километров.

Но здесь у нас ничего не должно было взрываться…

– Нет…

– Идем!

Я утащила учителя тропой.

Сердце зашлось в нехорошем предчувствии. Если это было результатом действий Верховного жреца Зурара, и Виктран пострадал – своими же руками прибью!

Но на улице понятнее ситуация не стала. Тропу в Колыбель никто не открывал, на границе моих земель все было спокойно. Тогда откуда такой глухой тяжелый звук?

– Ты точно ничего не слышишь?

– Нет... Стейзи, деточка, ты меня пугаешь… Может, стоит передохнуть?

Может, и стоило, но…

В следующий момент в воздухе появилась рука и, схватив меня, утащила в тропу.

Нет, это уже после того, как я оказалась внутри и плющилась от резкого и стремительного перехода, поняла, что открылась тропа, а не просто рука в воздухе объявилась!

– Родная, помоги ему…

Первое, что я услышала, была просьба Виктрана. А вот сама я очутилась на черной от гари земле. В воздухе воняло палеными волосами, жареной плотью и кровью… Ее металлический привкус оседал в горле. Я закашлялась, но быстро взяла себя в руки, тем более, когда увидела того, о ком просил любимый.

– Твою ж!..

Аджай выглядел хорошо поджаренным куском мяса.

Простите, но других ассоциаций не было. И едва дышал. Да какое там! В нем едва душа держалась!

За нее я и ухватилась, одномоментно ощутив, что вот таких вот пациентов, находящихся одной ногой буквально на грани – тьма! И что самое паршивое – практически все помощники мужа были в этом состоянии!

Это получилось машинально – я вцепилась магией во всех, кого ощущала. Вцепилась и держала их души, не давая покинуть тела. Даже тогда, когда поняла, что по подбородку течет моя кровь.