Я отогнала от себя радужные мысли, вернувшись из мечтаний в реальность.

– Это ведь не все? Что происходит в столице?

– Там все под контролем.

– Витя! – кошкой зашипела, забыв, что мы договорились земные имена больше не использовать. Даже наедине.

– Стейзи, драгоценнейшая моя, тебе не о чем переживать. Ваше с Тирханом зелье работает…

– Не заговаривай мне зубы. Что в столице? Если королева мертва, знать просто так сидеть сложа лапки не станет! А плод? Хотя и недоношенный... Сколько ей до родов оставалось? Еще месяца три? Хватило ли Артусу сил сохранить ребенка?

– Два вехимана.

И нет, плод погиб вместе с королевой. Правильнее сказать, что сначала не стало его. В столице – наши люди, мои. Все под контролем. Сейчас часть аристократии – бывший Круг короля – опаивают вашим зельем. Чуть позже некоторых я и в Источнике ополосну. Когда выясню общую картину полностью…

– А общую – это память Верховного жреца? Ополоснет он... – я хихикнула.

На ум снова пришла принцесса, которая булькала в озере… Отмокала, да…

– Любовь моя, зачем тебе эта грязь? Я даю слово, что вернусь живым. Лучше подумай над тем, что ты хочешь сделать в первую очередь…

– Не меняй тему, – фыркнула я, но позволила мужу поцеловать сначала мое плечо, затем щеку.

Осторожно, конечно же, ведь между нами дрых Илиас, который внезапно воспылал желанием спать с мамой. И даже оставил Аха! Нежку в итоге мы тоже взяли к себе, только она рядом в люльке спала, а не с нами в кровати.

Ах, судя по ощущениям, носился по Колыбели и заглядывал в окна, проверяя каждого жителя. И вот даже настраиваться на него не надо было, чтобы понять, что дольше всего он любовался спящими детскими личиками.

Я довольно зажмурилась.

Нет, знать, что за грязь в голове этого гада, мне точно не хотелось. С последствиями да, столкнуться придется. К тому же мы с Виктраном пока не научились экранироваться друг от друга, а потому даже то, что не очень-то хотелось рассказывать путем показа воспоминаний, во время сна все равно вырывалось наружу. Так, например, Витя увидел, как я выла на могиле Сергея Денисовича. Вот чего бы я точно ему показывать не хотела. Как и он не особо желал мне демонстрировать некоторые моменты из своей жизни. Казнь, например, которую он своей рукой вершил. Или тот момент, когда он в виде коня с радраком на шее лишил жизни мальчишку в Липнянках. Я тогда в слезах проснулась. И понятно, что сам любимый этого не хотел, да чувство вины его по сей день терзало.

Так что я была уверена, что все равно что-то да прорвется. Так или иначе, а эта сторона меня не обойдет.

– Не заснешь же, да? Ты всегда была упрямой.

– Скорее упертой. Но да, хочу знать, что ты задумал. Неужели вернешь принцессу в столицу и на трон посадишь? Ее, кстати, Ахадэриан разрешил вывести из коматозного состояния.