– Он так качался, что ударил меня бортом по голове, и, похоже, я на некоторое время вырубился.

– Но ненадолго – иначе бы ты утонул, – заметила Блю. – Наше дельфинье тело не дышит само по себе, как человеческое, – мы вдыхаем осознанно.

– Да, наверное, я скоро очнулся. – Ной откусил кусочек лосося. – Но потом я ещё довольно долго был дезориентирован и наполовину оглушён. Вы ведь меня звали, да? Я что-то слышал, но совсем тихо, а мой ответ, наверное, был совершенно невразумительным.

– Думаю, после этого удара по голове бедняга больше не может общаться мысленно, – сочувственно сказала Элла. – Ну, он в этом и раньше успехами не отличался.

– Ещё как может, – возразил Нокс из лагуны. – Хочешь узнать, что он только что сказал о питонах?

– А что было потом? – допытывалась Шари, пока Элла не начала возмущаться. – Ты пытался нас найти, Ной? Мы так долго тебя искали – чуть плавники не отвалились!

– Разумеется, я вас искал, но море так разбушевалось, что меня только швыряло из стороны в сторону. – Ной поморщился. – Когда шторм прошёл, настала ночь и я был один. Паршивое чувство. – Холли ещё крепче прижала его к себе, и Ной нежно поцеловал её в нос, прежде чем проглотить очередную рыбную котлету. – Я хотел плыть к берегу, но понятия не имел, в какой он стороне. Потом я заметил, что по ошибке целый день плыл в направлении открытого моря. Вечером я, конечно, повернул обратно.

Мисс Уайт вздохнула:

– При случае разберём на уроке, как ориентироваться по солнцу и звёздам.

Ной кивнул, и миссис Мисаки, которая обрабатывала рану на его голове, напустилась на него:

– Не вертись, молодой человек! Видишь, додёргался – опять кровь пошла.

Оливия, казалось, вот-вот упадёт в обморок."

"– Когда я наконец добрался до берега, то оказался в Ки-Уэсте, то есть довольно далеко от школы, – продолжал Ной, не обращая внимания на то, что у него с головой. – Поэтому я так долго сюда плыл. Простите, что так поздно вернулся.

– Так океанисто, что ты жив! – Шари и Блю снова заключили Ноя в объятия, отчего надкусанная котлета выскользнула у него из пальцев и упала на песок, где её тут же подхватила голодная серебристая чайка.

– Так, самое важное мы узнали – а теперь марш в медицинский кабинет и отдыхать! – объявил Джек Кристалл, и миссис Мисаки препроводила блудного сына в главное здание. Вместе с его родителями и, конечно, Холли. Она всё ещё к нему липла.

Наш директор обратился к сияющей мисс Уайт:

– Это надо отпраздновать! В «Океане» на следующей неделе будет живая музыка – сходим туда вместе?

Я и все, кто это слышал, затаили дыхание. Он так часто приглашал её на свидание – и всякий раз она отказывалась.