Все это время, что он действовал мне на нервы, раздражал и бесил, Артур специально доводил меня до того пика, когда мне уже хотелось его прибить. Он только умело повернул русло моих эмоций в нужную сторону. Мастер!

Пока я приходила в себя, Крюгер сам дочистил картошку и закинул ее в кипящую воду. Да и вообще полностью взял кулинарный процесс в свои руки, заботливо усадив меня за стол. Постепенно ураган внутри успокаивался, ко мне возвращался холодный рассудок, и я могла уже мыслить трезво.

Что. Это. Было?

В смысле понятно, что это было. Но непонятно что с этим теперь делать.

Я вообще ни на какие романтические отношения не рассчитывала. Мне просто было не до них! Надо дом удержать, хозяйство поднять, наметить себе планы на будущее. Некогда мне, ясно? А то голову сейчас забью себе сентиментальной чушью и все. Считай, пропала ты, Лена. Я это проходила, я видела, как подобное не раз случалось с лучшими сотрудницами в моем отделе. Всегда одна и та же песня! Встречают «того самого», и больше никаких амбиций, никаких целей, никакой независимости. Одни борщи и котлеты в голове. Тьфу!

Я же не такая?

Тем более, если с Яном было все более-менее понятно, то с Артуром непонятно ничего.

Он же вроде как мой соперник за право собственности на дом? Могла ли я ему доверять? А этот поцелуй мог все усложнить. Оно мне надо? И мне так до конца и не ясно, что их связывало с Марлен? Сугубо деловые отношения или может еще что? Крюгера я знала недолго, как мне понять, что у него было в голове? Какими мотивами он руководствовался?

Нет, больше никаких поцелуев! Все было как-то неоднозначно и вообще неопределенно. Пока, мы с Артуром были своего рода конкурентами, я не могла быть уверенной в его ко мне отношении.

Когда мужчина поставил передо мной тарелку с аппетитно прожаренным мясом, пюре и овощным салатом, я наконец определилась.

- Я отказываюсь от отсрочки по уплате ренты, - заявила, стараясь, чтобы голос звучал твердо. – К тому же вы не имеете права требовать ничего подобного без официальных на то документов. Поэтому больше никаких обедов.

Артур остался стоять и молча прожигать меня взглядом. Я ожидала чего угодно, но он только сказал:

- Хорошо.

А затем одел пиджак, попрощался и ушел. Я же ощутила странную пустоту после его ухода и дурацкое чувство разочарования.

Даже не стал спорить! Хоть самую малость не упирался!

Эх, аппетит пропал. И так обидно вдруг стало. Но не за себя, а за Артура. Он старался, готовил, даже посуду помыл. А я мало того, что прогнала его, так даже и есть теперь не хотелось. Все зря.

Решила выйти в сад, развеяться. На улице было серо и туманно. Даже старый забор вокруг поместья было почти не видно. Бездумно побродила по дорожкам, посидела на лавочке, как вдруг сквозь туман послышался скрип отворяемых ворот.