Она ему сразу понравилась несмотря на то, что девушка его остерегалась. — У нас ведь как в лесу, все должно быть, по справедливости, так заведено было от Первых, пращуров. А хранительницы решили забрать у драконов ипостась, поэтому пришлось пожертвовать дарами. У драконов магия и зверь, у нас дар и зверь. Мы усыпили драконов и потеряли свои дары. Они есть в нас, но спят. Многим это не нравится, но если вернуть дары, то драконы опять станут здесь сильными ящерами, а это никому не нужно, вот и терпят. Вернее, не терпят, хранительниц, нет, чтобы снять проклятие, они все в кругах заложницами остались.

— А какие они были дары? — я пропустила слова о хранительницах, ее истории, я слушала, как сказки, еще не осознавая, что все это происходило на самом деле."

"— Ну как тебе сказать, вот у дядюшки Орсо был дар видеть, что можно сделать из дерева. Видела у него в подполе куски деревьев, так это будущие артефакты. Он их делал на заказ. От болей, от бессонницы, от плохих снов, от детского крика, чтобы в шкурку легко обернутся, и многое другое. Я сама один раз видела, как дядюшка артефакт делал удивительное действо.

— Я бы тоже не отказалась посмотреть, — заканчивая разговор, сказала я.

От Ранимы я узнавала очень многое: сколько древлян в поселке, какая у них система обучения детей, что такое руины и как они торгуют с «кругами». Да оказалось, что не все владетели «кругов» относятся к древлянам, как к дикарям. Были и такие что торговали с лесными жителями и весьма успешно. Из «кругов» шли технические приблуды, железная утварь, из леса, естественно, орехи, редкая древесина и как оказалось, лесные артефакты, старинные, те, что находили в руинах. Дорого их продавали, если сравнить, то за продажу одного артефакта в «круги» можно целому поселку год зерно не закупать.

Зерно тут ценилось еще сильнее чем в «кругах», потому что лес был ревнив и не любил пустой земли, которую распахивали под поля. Об этом я узнала на пятый день нашей лесной спокойной жизни.

Лесопилку мы обследовали, колесо хоть и крутилось, но сам механизм был отключен запором, и все рабочие детали были обильно смазаны коричневым, вкусно пахнущим орехами маслом и основательно замотаны тряпками, это значит, от мусора спрятали. Механизмы там в принципе понятные: как бревна очищать от коры, да снимать первые слои горбыля, как распускать на доски и даже как сделать на станке нужный размер, но одной, да даже двоим, с этим не совладать. Слишком огромные тут бревна. Да и, судя по всему, моя работа будет заключатся в том, чтобы находить в лесу нужные для вырубки деревья.

Почти все с лесопилки шло на нужды поселка, но небольшая часть, как налог шел Первому, так с большой буквы сказала Ранима.

— А что такое первый? — Мы во время разговора шелушили горох. Совсем сухой и чистился легко.