Внутри оказался белый, мелкозернистый сахар – чистый, без комков и примесей.

Я зачерпнула щепотку, поднесла к носу, затем осторожно лизнула кончик пальца. Сахар. Абсолютно свежий! Словно его только принесли с рынка.

В соседнем мешке обнаружилась мука – белая, мягкая, без малейшего признака затхлости или жучков. Дальше – крупная соль, овсяные хлопья, какие-то крупы. Все продукты выглядели так, будто их доставили только вчера.

– Невозможно, – прошептала я, оглядывая комнату. – Здесь всё должно было давно испортиться.

В дальнем углу что-то блеснуло.

Я подошла ближе и увидела странные камни, расставленные по углам комнаты. Они были размером с кулак, идеально гладкие, словно отполированные, с глубоко выгравированными символами, напоминающими скандинавские руны. А по потолку струились рисунки. Я подняла свечу повыше. В неровном свете проступил знакомый символ – змей, кусающий собственный хвост. Уроборос – символ вечности.

Золотистые чешуйки змея, мерцали в свете пламени, словно наделённые собственной жизнью.

“Может какое-то заклинание?” – подумала я.

Поэтому продукты остались свежими.

Если честно, то я нашла настоящее сокровище! Дом разграбили, а вот попасть в подвал не смогли. И нужно сказать спасибо, несчастному господину Рейвену, что сбегая, он оставил такое богатство! А может это вовсе не его? Сколько была заперта эта комната? Никто не знает.

Страх постепенно отступал. Впервые с момента прибытия я почувствовала не тревогу, а воодушевление. Всё здесь, каждый мешок, каждый ящик – говорили о возможностях, о новой жизни.

– Боги, а ведь всё налаживается, – выдохнула я, прижав ладонь к груди.

Я засмеялась. Но тут же одёрнула себя, выпрямив спину и глубоко вздохнув.

– Нет. Расслабляться пока рано.

Взгляд упал на большой мешок в углу. Подойдя ближе, я осторожно развязала его и заглянула внутрь. Овёс. Свежий, как и всё в этой комнате.

– Шторм! – воскликнула я. – Бедняга, должно быть, голоден как волк.

Изучение подвала могло подождать, а вот голодный конь – нет.

В ту же минуту я направилась обратно через лабиринт подвальных помещений на кухню. В углу под столом обнаружилось ведро. Немного наклонившееся набок, с потрескавшимися от времени досками, но железные обручи всё ещё крепко стягивали бока.

С ведром в одной руке и свечой в другой вернулась в подвал. Спуск оказался непростым – деревянное ведро было тяжёлым, а свеча норовила погаснуть от каждого движения воздуха. Но я справилась и вскоре снова стояла перед мешком с овсом.

Поставив свечу на ближайшую бочку, зачерпнула руками золотистые зёрна и начала пересыпать их в ведро.

– Надеюсь, тебе понравится, – пробормотала я, думая о Шторме.