Он огибает машину и, подав руку, которую я бы в любом другом случае проигнорировала, помогает аккуратно усесться на переднее пассажирское кресло. – Тут места для маневров больше, чем сзади.

У него одна из тех тачек, где задние сиденья так – для красоты. Низкая, быстрая, спортивная. Я хлопаю глазами, не веря в абсурдность происходящего, а Андрей Григорьевич уже садится рядом, быстро забивает адрес травмпункта в навигатор и выруливает на дорогу, встраиваясь в оживленный поток машин.

– Тут недалеко, скоро приедем, – говорит мне через несколько минут, а у меня от боли в ушах звенит.

– А у вас заколка в волосах, – не знаю зачем произношу я. Наверное, просто чтобы о чем-то болтать, а не сгорать от стыда.

Он кивает, тянется и снимает безделушку, как будто ничего особенного и не произошло.

– Алинка расстроится. Все время забываю вернуть. – Аполлонов кидает пластмасску с бантиком в подстаканник, где я обнаруживаю еще пять разноцветных девчачьих заколок.

– Воруете у нее? – сквозь слезы выдыхаю я, силясь отвлечься от боли.

– Ей это нравится. Она всегда кокетничает и делает вид, что не хочет давать мне заколку, но в итоге приносит самую красивую.

– Вы флиртуете с пятилеткой?

«Господи, как больно-то!»

– Алинке четыре, – с важным видом уточняет Андрей. – И да, я флиртую.

Я смеюсь и прикрываю ладонью глаза – раздражает солнечный свет. А вот уверенность и спокойствие Аполлонова – это прямо то, что доктор прописал: будто даже обезболивает, хотя все равно кожа на голени саднит. Прекрасно я на практику сходила – теперь вся в синяках и, возможно, с переломом.

– Есть кофе, кстати, черный без сахара, но, пожалуй, неактуально.

Голос Аполлонова, точно якорь, удерживает меня в этом бренном мире.

– А как вы узнали, что я…

– Как раз выходил с работы, увидел, что вас облили из лужи. Невоспитанный человек. Вы успели рассмотреть номер?

Он не понял, что это Ник? Я не стукачка.

– Нет, – даже быстрее, чем нужно, отвечаю я. Шепотом, потому что боль нарастает. Пытаюсь думать о том, что в больницу меня везет мой кумир, и это даже смешно. Ну то есть не на выставку в Лондоне, а в травму.

Мечты сбываются, но не совсем.

– Как вам мой бриллиант? – Аполлонов явно пытается меня отвлечь. – То здание под куполом. Вы его рассматривали с Николаем."

"– О-очень краси-ивое, – тяну, едва не всхлипывая, я.

«Господи, как больно!»

– Почти приехали, терпите. Его так и не построили, хотя все было готово.

– Капец! – все-таки хныкаю.

– Согласен. – Аполлонов мастерски делает вид, будто мы ведем обычный диалог. – Один богатый человек заказал эту штуку в подарок для жены.

– Это что, жилой дом?

Я хочу снять туфли. Из-за каблуков упор приходится как раз на пальцы. Хочу, но боюсь, что станет еще хуже, если притронусь к ноге.