И каждый раз получала от Роксаны что угодно – танцы на столе, песни в караоке, слезы и даже игры в «Крокодила», но никак не разговоры по душам.

– Я обещаю. Поедем?

А сейчас язык не поворачивается ей отказать. Вряд ли мне стоит куда-то ехать, тем более к Нику, но Роксане явно нужна компания, потому что она нервничает ехать туда одна. Это наш шанс помириться и вернуться к нормальному общению, по которому мы обе скучаем. Повисает пауза.

– Слушай, а как у вас… с Ником? – спрашивает она вкрадчиво. – Ну вы типа… друзья? Или… Он ведь точно ни при чем?

Я задумываюсь, но не нахожу верного ответа. Друзья? Можем ли мы ими быть после всего? Понятия не имею. Как и не знаю, специально он подставил меня и Андрея с записью или просто все у него, как всегда, пошло… через одно место? В голове сразу звучит голос Андрея, предупреждающий, чтобы я не совалась к Голицыну, но… Андрей меня оставил. Поставил на паузу, чтобы что-то решить, а к Нику…

– Ну, к Нику у меня определенно есть парочка вопросов, – тихо говорю я больше себе, чем в трубку.

– Тогда поехали. Пожа-а-алуйста.

Уже через полчаса я сижу в такси, положив голову Оксане на плечо, пока та рассказывает о своем новом ухажере по имени Павел, которого она отговорила от дурацкой, по ее мнению, татуировки, и за это была приглашена на свидание. Татуировку Павел все равно набил у Голицына, но с Рокси они спелись.

Да дай бог.

Задумываюсь о том, что, наверное, на фоне подруги я выгляжу ужасно непрезентабельно, но сил лезть в сумочку за косметикой попросту нет. Нет желания даже губы блеском намазать, не то что пудрить лицо. Да и не красоваться я иду на эту тусовку – так и успокаиваю себя, прикрывая глаза под размеренный стук срывающихся дождевых капель.

Я была у Ника в гостях лишь раз, но все равно с легкостью вспоминаю, куда идти и на какой этаж подниматься. И даже когда дверь перед нами открывается, уже догадываюсь, что за музыку услышу – Голицын себе не изменяет. Зато он крайне удивлен, увидев меня на пороге.

– Бить будешь? – задирает бровь, но губы застывают в прямой линии.

Молчу секунду, две, три.

– Буду, – наконец выдыхаю я и, замахнувшись, с силой впечатываю ему кулак в плечо. Сама всхлипываю от боли, трясу ладонь, пока Ник потирает ушибленное место и шипит под удивленным взглядом Роксаны.

– Мне от тебя душевных страданий досталось выше крыши, теперь еще физическое насилие терпеть, – возмущается он с легкой улыбкой, пропуская нас внутрь.

– Иди в задницу, – ворчу я, переступив порог и начиная разуваться.

– Моя девочка, научил-таки. Скажи, я все же получше учителем буду, чем некоторые?

Ну вот и что ты с ним сделаешь? Этому наглецу невозможно не улыбаться в ответ на его тупые подкаты.