— А я могу сосать твои сиськи? — вырвал я из контекста самое интересное.

— Саша, фу! — Стучала она кулаками по моей спине.

А я опять завёлся. Отнёс её на кровать и бережно уложил на спину, потом сбросил с себя куртку, ботинки, штаны. На меня в тот момент напало такое желание, что в глазах потемнело.

Дома Лена всегда в халате. И в ту секунду её одежда легко распахнулась. Я прижался губами к её слегка располневшей, увеличенной в размерах груди. Начал поглаживать соски, ласкать роскошное тело.

— Вот так надо делать, сцеживая молоко у кормящей женщины? — облизывал, сосал, тянул сосок зубами, легонько прикусывал.

Ленка со стоном выгибалась, широко раскидывая ноги, извиваясь.

— Саша, Саша, Сашенька, как же хорошо. Ты так хорошо научился. У тебя прямо талант.

— То есть ты меня прощаешь? — Покусывал второй сосок, а она в ту секунду аж вертелась подо мной, обалдевшая и горячая.

Лена в те дни была особенно отзывчивой и горячой.

Я опустил руку, пальцами прошёлся по животу, приласкал её влажные распухшие складочки и, едва прикоснувшись, заметил, как её начало колотить.

Охренел. Реально — пара движений.

— Интересно ты на меня злишься, будущая мадам Глазунова, очень интересно. Надо с тобой почаще ругаться.

— Ты давай не разговаривай, господин Глазунов, а снимай штаны.

— Если ты планируешь быть такой горячей всю беременность, то я, пожалуй, буду тебе делать детей каждый год."

"Она рассмеялась, а дальше громко выдохнула, когда я наполнил её, растянув. Начав плавно двигаться. Признаваться в любви, шептать нежности. Удивительно, но с Ленкой даже после ссоры мне хотелось говорить все эти бабские глупости.

От ощущений, подаренных моими руками и губами, она тогда закатила глаза и почти сразу кончила снова. И в тот день, наблюдая за её оргазмом, я почуствовал, как всё внутри готовится взорваться. Мне тоже нужно было совсем чуть-чуть.

И вот так было каждый день, а то и несколько раз в день. Я мечтал избавиться от Аркаши и вляпать штамп в паспорт, зная, что всё будет хорошо. Хотя и так было хорошо, просто замечательно.

И в тот момент, когда принял мысль о ребёнке окончательно, я задрал её ножки за голову и вбился финальным ударом.

Чтобы дальше обниматься, целоваться, любить друг друга.

В общем, отношения, оказывается, штука приятная. Непривычно, конечно было, особенно первое время. Странно было согласовывать с Еленой все свои передвижения. Это было новой практикой. Например, дико было предупреждать, что мы со Львом летим в командировку на сутки. И если друг без конца созванивался по скайпу со своим любимым «стадом», то я не хотел Лену лишний раз беспокоить. Мне казалось, как-то тупо навязываться.

Но спустя какое-то время стал сам ей названивать, потому что как дебил скучал по её голосу.

Эпилог

В комнате прохладно.