- Выспалась? – новым утром я совсем иначе смотрю на Катерину. Поначалу ведь думал, - дура, пустышка, мажорка, из тех, кто просто тупо прожигает жизнь, бездумно шатаясь по клубам и бухая, не думая о последствиях. Мне даже нравилось, с каким ужасом она на меня смотрела, когда я вернулся. Знаю, думала, что я какое-нибудь зверское чудовище, по глазам догадался. Но, во-первых, она меня бесила просто неимоверно, - неделя всего прошла, как врезалась в тачку по втречке, и уже снова накидывается, как не в себя. А, во-вторых, реально хотелось ее проучить, - ибо не хрен. Пусть знает, что в жизни бывает по-всякому, и не каждая глупость просто так обходится.

Да таким и не обходится, в общем-то, предки или папики обычно разруливают. А ведь бывает такое, чего и не разрулить!

Ну, задавила бы она кого-то насмерть, - допустим, отмазаться можно, но жить-то как-то с этим же надо! А как с таким жить? А никак. Нанюхаться кокса или еще какой-нибудь дряни и беспробудно забываться, пока сам не сдохнешь. Так они, в сущности, и живут, если это можно так назвать!

а если бы реально на урода какого-нибудь бы нарвалась? И трахал бы он ее всю ночь, приковав к батарее. И даже, очень может быть, что не один. Кто бы ее тогда нашел?

Вышвырнули бы потом с поломанной психикой, или уже после того, как затрахали бы насмерть. Всякое ведь бывает. Практика на следствии еще и не такому научила. Да, не зря говорят про профессиональные изменения сознания. Реально, насмотревшись, начинаешь мир видеть по-другому. Потому что, пока живешь среди нормальных, обо всей этой чернухе даже не подозреваешь. Но после того, как меня бросили на следствие по изнасилованиям и убийствам, я прекрасно осведомлен и о черной стороне жизни. А ведь она не так уж запредельна. Здесь вот. Совсем рядом. Так что напугать ее хотел так, чтобы навечно в памяти отпечаталось.

Но теперь…

Жалко девочку. Такая маленькая. Хрупкая. И совсем одна.

Это одиночество, потерянность, - просто разлиты в глазах. Как ребенок, потерявшийся в шумном супермаркете, вот даже других сравнений и в голову не приходит."

"И это каким же надо быть мудаком, чтобы ее бросить в таких-то обстоятельствах?

Нет, ничего сказать не могу, сердцу, конечно, реально не прикажешь, но… Но было бы, блядь, у этого мудака сердце, он бы свою любовь засунул бы поглубже в штаны и просто побыл бы с ней рядом, поддержал бы в такое время. После бы мог свалить, но сейчас ее бросать – все равно, что самому дать в руки нож и подсказать, как лучше его приставить к горлу. Не сказать, что я особый уж гуманист и бросаюсь на помощь каждому встречному. Но даже я, чужой человек, понимаю, насколько девчонке хреново. А ведь его она любит. Прям вот мир, как я понял, на нем ее весь сошелся!

Хотя… Может, оно и к лучшему.