Когда ладонь Хана проскользила по моей спине, обхватывая шею сзади, моя кожа стала «гусиной», оттого, сколько чувств искрилось в венах, опьяняя его близостью и песней, слов которой я не понимала, но ее мелодия словно еще сильнее подогревала огонь изнутри, делая тело податливым, как пластилин.

Я забыла про Неслихан и Искандера.

Не видела десятков лиц тех людей, что танцевали рядом с нами, образовывая пары.

Не знала, смотрели ли они на нас с удивлением, шоком или вовсе не обращали никакого внимания — весь мой мир был рядом, в родном терпком аромате, кусающей черноте блестящих глаз и этой загадочной сдержанной улыбки, которая показывала обожаемые ямочки на щеках.

И пока звучала мелодия и мы неспеша двигались, прижимаясь друг к другу и позабыв про мир вокруг, все казалось мне таким нереальным и сказочным.

Я не ожидала увидеть Хана здесь и он все еще казался моей фантазией и не больше, и уж тем более я не думала, что он явится для того, чтобы потанцевать, учитывая тот небольшой, но очень плохой факт, что мы попросту сбежали с Неслихан из дома вслед за Искандером, чтобы повеселиться здесь…разве не должен был Хан рвать и метать из-за нашего поведения?…

Все встало на свои места, когда песня закончилась, как бы я этого не хотела, и Хан склонился надо мной, усмехнувшись и прошептав в самое ухо, отчего мурашки разбежались по телу:

— …не заставляй меня делать то, что тебе не понравится, мавиш.

Я не успела даже удивленно моргнуть, глядя на то, как Хан, лукаво и колко полыхнув глазами, сделал шаг назад, подмигнул, и просто развернулся, чтобы уйти, оставив меня наедине с колотившемся сердцем, и несущимися галопом мыслями.

Вот только он не ушел из клуба совсем.

И, глядя на его высокую стройную фигуру, и широкие плечи, затянутые в идеально сшитый пиджак, я понимала, что покрываюсь холодным потом и едва могу дышать, когда Хан спокойно и размеренно прошагал до лестницы, которая вела на второй этаж, быстро перекинувшись парой слов с застывшими охранниками, которые склонили почтительно головы, и так же неспеша поднимаясь наверх.

Он не обернулся на меня ни разу, когда вслед за ним устремились сразу несколько девушек в коротких платьях, что даже не пытались скрыть своих намерений, жадно облизывая глазами тело Хана…и скрываясь вслед за ним за тяжелыми портьерами, которые отделяли зону первого этажа и всего клуба своей непроницаемой завесой…

«…не заставляй меня делать то, что тебе не понравится…»

Мир пошатнулся перед глазами и накренился, когда сердце дрогнуло и не успело защитить себя от ядовитой стрелы, что попала прямо в цель, отчего свет перед глазами на секунду померк, и тело словно превратилось в лед, пока ядовитая тошнота поднималась по горлу, царапая и разъедая собой все живое.