Это требование. – Сделав паузу, чтобы слова как следует улеглись в мозгу несчастного Митчела, отец Донован уже мягче произнес: – Дети часто отказываются идти к исповеди, потому что в их мозгу она ассоциируется с чувством вины и стыдом, но таинство исповеди обычно предназначено для того, чтобы нести прощение и понимание, помочь нам почувствовать себя свободными от грехов. – Он снова помедлил, ожидая реакции, но трубка молчала, поэтому священник смело продолжал: – Если препятствием служит языковой барьер или какая-то иная причина, по которой вы не хотите исповедаться местному священнику, я сам готов выслушать вашу исповедь.

На это предложение Митчел ответил немедленно, да так, что плечи отца Донована затряслись от смеха. Зажав ладонью микрофон, он прошептал отцу Макки:

– Он только что посоветовал мне взять эту мечту с собой в ад.

С трудом обретя равновесие, отец Донован почти мягко заметил:

– Митчел, ни вы, ни я не попадем в ад. Можете исповедаться любому священнику, какому захотите. Лишь бы это произошло до венчания. А теперь, пожалуйста, позовите к телефону Кейт. Я должен потолковать с вашей будущей женой.

Митчел протянул трубку Кейт, примостившейся на подлокотнике его кресла.

– Твоя очередь, – раздраженно прошипел он и поднялся, чтобы смешать коктейли. Однако, прислушиваясь к беседе, он немного повеселел, поскольку ей явно приходилось не лучше, чем ему самому. Недаром Кейт то и дело послушно бормотала:

– Да, знаю. Да, вы правы. Да, обязательно.

Прошло не менее пяти минут, прежде чем она попрощалась и с видимым облегчением повесила трубку.

Митчел вручил ей коктейль, снова уселся в кресло и притянул ее себе на колени.

– Твоя дядя – напыщенный, самоуверенный, лицемерный мелочный тиран и святоша, – объявил он.

Кейт с нежной улыбкой прижала пальцы к его губам.

– Он читал мне наставление о необходимости в будущем больше доверять тебе и напомнил мне о моей роли в том, прошлом, недоразумении, приведшем к трехлетнем разрыву отношений. Кроме того, он заявил, что ты человек огромной силы воли, цельный, с поразительным характером, способный глубоко и навсегда полюбить меня и Дэнни и отдать все ради этой любви.

– Как я уже успел сказать, – широко улыбнулся Митчел, – твой дядя – человек, обладающий поразительной проницательностью и способностью прекрасно разбираться в людях.

А вот отец Макки не был в этом так уж уверен. Мало того, питал серьезные сомнения относительно мудрости решения отца Донована одобрить этот брак. Он встал, направился было к выходу, помедлил и вернулся. Отец Донован сидел, блаженно улыбаясь, явно довольный исходом сражения, но улыбка померкла при виде встревоженного лица молодого священника.

– У вас обеспокоенный вид, Роберт.