После чего мы двинулись на запад, чтобы отбить у Эпирского деспотата города и замки, захваченные под шумок, когда в Афинах не было правителя.

В Эпирском деспотате тоже заправляла баба — Анна Кантакузина, которая была родственницей Андроника Палеолога. После смерти ее мужа Никифора Ангела Комнина Дуки, родственника князя Фессалии, деспотат должен был перейти к ее зятю Филиппу Тарантскому, четвертому сыну Карла Анжуйского, короля Неаполя. Анна Кантакузина нашла повод отменить завещание мужа. Мол, ее дочь Тамару в нарушение соглашения заставили перейти из православия в католичество.

После этого мамаша стала регентом при несовершеннолетнем сыне Фоме Ангеле Комнине Дуке. Она удачно отбила нападения неаполитанцев и ахейцев, кое-что прихватила у Фессалии и кое-что отдала зятю, чтобы не ныл слишком громко. Сын Фома достиг совершеннолетия, но все еще слушался мамочку, которая сейчас сватала его за дочь Михаила Палеолога.

С нами воевать Анна Кантакузина не решилась. Видимо, пример фессалийского родственника кое-чему научил ее. Мы захватили без боя несколько десятков замков и небольших поселений, а когда приблизились к городу Навпакту, который франки называли Лепанто, к нам прибыла делегация для переговоров о мире.

Переговоры длились долго и нудно.

Каталонская компания расположилась восточнее города на берегу Коринфского залива. Каталонцы и турки принялись разорять окрестности. Так как было понятно, что эти территории останутся за Эпирским деспотатом, Готье де Бриенн не мешал моим бойцам продавать в рабство захваченных крестьян. Наоборот, поощрял наносить побольше вреда, чтобы сделать эпирцев сговорчивее. Часть добычи досталась Лоренцо Ардисонио, который, возвращаясь из Венеции, узнал, что мы вышли к берегу Ионического моря, и завернул к нам.

— Наш дож отказался поддерживать крестовый поход на Константинополь и заключил с ромеями перемирие на двенадцать лет. Так что всем венецианским купцам запрещено торговать с вами, — рассказал патрон.

— Неужели вас, отлученных от церкви, может что-то испугать?! — насмешливо поинтересовался я."

"Венецианская республика не поделила с Папой Римским Климентом город Феррару, за что и была отлучена от церкви весной прошлого года. Священники покинули республику.

Некому стало отпевать, венчать, крестить. Мало того, каждый католик мог ограбить и даже продать в рабство венецианца без последствий на этом и том свете. Многие воспользовались такой возможностью разбогатеть. Особенно постарались «заклятые друзья» генуэзцы. Дальше Адриатического моря венецианцы отправлялись теперь очень большими конвоями, чтобы суметь защититься не только от пиратов, но и от флотов правителей разных католических стран.

— Конечно, нет! — весело ответил Лоренцо Ардисонио.