Динь-Динь была как всегда ослепительном и дерзкой. А ещё она была совсем крошечной. Достаточно малюсенькой, чтобы легко поместиться в кулаке, и достаточно самонадеянной, чтобы из него высвободиться.

– Здравствуй, Динь-Динь, Сми сей час принесёт для тебя пирожные, – сказал Джеймс, улыбаясь фее. – Я так рад тебя видеть, рад видеть всех вас. Мои детские воспоминания об этом месте расплывчаты, поэтому не терпится узнать всех вас снова. Я читал о вас многие годы и должен признаться: у меня такое чувство, словно мы все добрые друзья. – Динь-Динь лишь свирепо на него посмотрела, уперев руку в бок. Ему даже подумалось, уж не чувствует ли она, что он замыслил недоброе. Джеймс знал: Динь-Динь считает, что ему нельзя доверять, и, пожалуй, она права (как-никак он собирается её похитить). И всё же ему было больно от того, что она такого о нём мнения, хотя он ничего не сделал (по крайней мере, такого, о чём ей было бы известно), чтобы вызвать её недоверие. – Питер, я всегда размышлял над тем, почему в Нетландии одни лишь Потерянные мальчики и нет Потерянных девочек, – признался Джеймс.

– Потому что девочки слишком умны, чтобы выпасть из колясок, – ответил Питер, смеясь.

Динь-Динь продолжала смотреть на Джеймса исподлобья. Его ранило её недоверие, и он подумал: «Быть может, даже к лучшему, что я увезу её во Многие королевства». Ему не хотелось, чтобы она препятствовала их с Питером дружбе.

– О, взгляните, Сми несёт пирожные для Динь, – сказал Джеймс.

Сми поставил на стол маленькую тарелку. Хотя для человека такие пирожные были на один зубок, крошечной фее-мастерице даже одного из них было бы предостаточно. И всё же Сми выложил на блюдце целую горку разноцветных кексиков. Джеймс заметил, что Сми посыпал их снотворным, перемешанным с сахарной пудрой так, чтобы ни Динь, ни Питер этого не заметили.

– А что передать твоим подругам-русалкам? Перед чем они не устоят? – спросил он, косясь на русалок. Джеймс не ожидал, что русалки приплывут. Нужно было придумать способ их усыпить, иначе они увидят, как Джеймс улетает на «Весёлом Роджере» с Динь, Питером и Потерянными мальчиками.

Динь-Динь понюхала предложенное угощение, сморщила нос и топнула ножкой. Из-под крошечных стоп поднялась фейская пыльца. Динь сердито показала пальцем на Сми.

– Пирожное очень вкусное, милая, уверяю тебя, – сказал Джеймс, но Динь-Динь была твёрдо настроена против него. Она упёрла руки в боки и сверлила его взглядом. – Может, попросить Сми принести что-нибудь другое? – спросил он, но было слишком поздно: Питер и Потерянные мальчики стали засыпать на ногах, шатаясь из стороны в сторону. Динь-Динь в панике попыталась разбудить Питера, но он и Потерянные мальчики попадали на палубу с громким «бух».