Он не мог винить юношу за то, что тот хотел добиться в жизни большего; ему не подходила судьба, которую уготовили ему родители. Они никогда не понимали сына, хотя, по правде сказать, Джеймс тоже мало интересовался их делами.

Как бы то ни было, мистер Сми относился к Джеймсу по-отечески и делал всё возможное, чтобы ему помочь. Юношу интересовали только его книги. А Сми испытывал к нему особую нежность. Джеймс был немного странным ребёнком, который любил чтение больше всего остального. И если не считать того, что в детстве он часто выпадал из коляски, его можно было назвать примерным мальчиком. Как выяснилось, у него была причина выпадать из коляски, и он поделился ею со Сми однажды дождливым днём, когда няня привела Джеймса с прогулки. Она насквозь промокла под дождём и плакала.

– Я не знаю, почему мастер Джеймс всё время падает. Мистер Сми, я клянусь, он делает это нарочно, – сказала няня с напряжённым лицом и слезами на глазах. Сми уже видел такое выражение лица у прошлых нянечек Джеймса, которых у него сменилось немало. Пройдёт совсем немного времени, и эта женщина тоже уволится. Не то чтобы Джеймс в том возрасте ещё нуждался в няне. В пять лет ему пора было обзавестись гувернанткой, и время детских колясок давно прошло.

– Ну, ну не плачьте. Давайте я отведу мастера Джеймса наверх, пока вы переодеваетесь в сухую одежду? – сказал Сми. Няня слабо улыбнулась и поднялась по лестнице в свою комнату. Нянечки Джеймса всегда выглядели расстроенными после того, как молодой мастер выпадал из коляски, и кто мог их за это упрекнуть?

Когда нянечки приводили Джеймса домой в такие дни, Сми видел, что молодой мастер недоволен и угрюм. Дворецкий всегда считал, что ему просто было больно падать из коляски. Нянечки Джеймса часто говорили, что он падал нарочно, но только в этот раз мистер Сми задумался об их словах.

Когда они поднялись в комнату Джеймса, дворецкий заговорил об этом.

– Итак, мастер Джеймс, няня сказала, что вы выпали из коляски нарочно. Это правда?

– Конечно, это правда, мистер Сми! А как ещё мне вернуться в Нетландию?

Сейчас вы можете подумать, что Джеймс говорит слишком умно для человека достаточно юного, чтобы его можно было катать в коляске. В любом другом случае мы бы с этим согласились. По крайней мере, для смертного ребёнка слова Джеймса были слишком рассудительными; однако на то была причина. С тех пор как Джеймс пропал на шесть дней, родители и слуги мальчика слишком его опекали, и поэтому мальчика возили в коляске гораздо дольше, чем других детей. Но Джеймс был очень способным и не по годам развитым ребёнком. Хотя в то время ему было около пяти, вы бы так не сказали, поговорив с ним, – вы бы поклялись, что он намного старше.