"

"Он вспомнил выражение ее лица, когда вывел ее в коридор, и усмехнулся: зрелище было незабываемое, – но потом поморщился. Интересно, она его когда-нибудь простит?

– Ты с нами, Белл? – отвлек его от невеселых мыслей Уортингтон.

Беллингем отвернулся от окна и уставился на друзей.

– О чем речь?

– Старина, ты нас совсем не слушал? Скажи, не обнаружил ли кто-нибудь, что ты никакой не камердинер? – повторил Уорт.

Как на это ответить? Ад и дьяволы! Должен ли он сказать друзьям, что некая Марианна Нотли (или как там ее зовут) поняла, что он не тот, за кого себя выдает? Хотя, с другой стороны, один лишь этот факт еще не означает, что он проиграл.

Дебютантки и, разумеется, их мамаши не должны знать, что они не настоящие слуги. Прежняя возлюбленная Уортингтона в первый же день узнала его на конюшне, но по причине, которую герцог наотрез отказался раскрыть, хранила молчание.

Белл, таким образом, должен обеспечить молчание Марианны. Но здесь возникало затруднение. Он не видел ее с ночи, а когда они расстались, она едва ли испытывала к нему положительные чувства. Может статься, она успела рассказать всем, кто соглашался ее слушать, что он не тот, за кого себя выдает.

Он не имел возможности узнать, сохранила ли она его тайну, пока не поговорит с ней. Именно это Белл собирался сделать при первом удобном случае.

Он решил дать друзьям самый честный ответ, возможный в данной ситуации.

– Полагаю, все правильно.

Кендалл удивился.

– Ты полагаешь, все правильно?

– Совершенно верно. – Белл сцепил руки за спиной и принялся перекатываться с пятки на носок.

– Из твоих слов следует, что тебя кто-то узнал, – заметил Уорт с ухмылкой.

– Здорово! – воскликнул Клейтон.

 – А я-то думал, что ты дольше всех продержишься, Белл. Если уж ты вылетел первым, у меня было больше шансов выиграть.

– Я еще не вылетел, – пояснил Белл. – По крайней мере, насколько мне известно. А если это и случилось, то виноват ты.

Клейтон моргнул и сделал шаг назад.

– Что ты имеешь в виду?

Белл тряхнул головой.

– Я имею в виду, что вчера ночью ты на весь этаж назвал меня другим именем. Одна из горничных слышала.

Клейтон досадливо поморщился.

– О нет! Прямо так и сказал?

– Да, что-то вроде «Рад видеть тебя, Белл. Не надорвался еще на работе?»

– Какой ужас! – ахнул Клейтон.

 – Проклятье, я так и знал, что последний бокал вина был лишним.

– Сейчас уже слишком поздно сожалеть, – сурово проговорил Белл и скрестил руки на груди.

– И кто слышал мои опрометчивые слова? – пожелал узнать Клейтон.

– Некто мисс Марианна Нотли, – ответил Белл. Не зная ее настоящего имени, не было смысла сообщать друзьям, что она не та, за кого себя выдает. Кроме того, если он хотел, чтобы она хранила его тайну, он тоже должен поступать так же.

Кендалл нахмурился.