Однако, они все дружно остались на месте, пока «чёрный» аккуратно не занес «волкодава» в одну из «скорых», и только потом пошли к машинам.

По дороге в Ясенево все молчали, а Вяземская достала телефон и отправила Белобородову сообщение: «Прохор, что с Алексеем?». Ответ она получила только когда они подъехали к базе Корпуса: «Перенапрягся. В больнице». Ничем не выдавая своего волнения, Вика вместе со всеми остальными «волкодавами» встала в строй после команды Смолова.

— Слушай мою команду. — начал он. — Пятнадцать минут на сдать оружие, а потом дружно садимся писать рапорта с подробным описанием вашего участия в операции. Всем всё понятно? — Смолов оглядел строй.

— Что с Камнем, господин ротмистр? — это был Воробей. — Это ведь его в скорую тащили? — среди «волкодавов» прошёл гул. — И почему афганцы со школьниками как деревянные были?

— Так! Разговорчики! — повысил голос Смолов. — На все ваши вопросы ответит полковник Орлов. Если сочтёт нужным… Сдавайте оружие, и за рапорта. Буду у себя. — он сделал знак Пасеку и Вяземской остаться. Дождавшись, когда подразделение втянется в здание, ротмистр продолжил. — Проверьте у них писанину, прежде чем она попадёт ко мне. Ведьма, я твою группу прежде всего имею ввиду. — Вяземская кивнула. — Теперь по Камню. Его действительно увезли в больницу, больше пока ничего сказать не могу, Орлов скажет больше. Всё, давайте к своим.

Быстро написав свой отчёт, Вяземская набрала Прохора.

— Вика, Лёшка в кому впал. — у Вики всё внутри сжалось. — Врачи не дают никаких определённых прогнозов.

Сделав над собой усилие, чтоб не раздавить телефон в руке, Вяземская спросила:

— Скажи мне адрес больницы? Я сейчас приеду.

— Мы в Кремлёвской больнице, и тебя сюда никто не пустит, сама же знаешь.

— Сделай мне пропуск, Прохор! — буквально потребовала она. — И на Леську тоже, пока она не уехала!

Молчание в трубке длилось довольно продолжительное время.

— Хорошо, Вика, я постараюсь что-нибудь сделать. — пообещал Белобородов.

— Спасибо, Прохор! — поблагодарила его девушка.

И сразу же стала набирать певицу.

— Леська, Алексей в больнице. — сказала Вика, услышав «Алло».

— Как в больнице? — не сразу поняла та.

— В Кремлёвской больнице. Лесь, я не могу тебе рассказать всех подробностей, просто не имею права. Прохор с Лёшкой, говорит, он в кому впал.

— Как в кому? — в голосе певицы отчётливо прорезались истерические нотки. — Это ведь всё как-то связано с «блестящим освобождением школьников», о котором трубят все СМИ? — Вика промолчала. — Я звоню отцу. — Леся сбросила вызов.

Перезвонила она через десять минут:

— Отец обещал договориться о нашем с тобой посещении Алексея. — голос Леси был уже более или менее спокойным.