- Папа в Венеции был?

— Я не помню, - досадливо морщится Карина. - Запомнила только, что он не смог меня с собой взять. Я тогда очень на него обиделась.

— Может быть у него были какие-то дела, — предполагаю я, пока мой мозг, подобно голодной пиранье обгладывает пришедшую в голову мысль о том, что Камиль вполне мог поехать в Италию с женщиной.

Бросив быстрый взгляд на дверь, я даю себе пару секунд на раздумье и решаюсь. Болтушка Карина - идеальный язык. Нужно этим воспользоваться, если уж я лишена возможности приложить к стене банку.

— А вы обычно с папой одни ездите отдыхать?

Спрашиваю и невольно прикусываю щеку изнутри.

Ай-яй-яй, Дина. Как же тебе не стыдно пользоваться наивностью восьмилетнего ребенка.

— Да, - без запинки отвечает именинница, сдувая со лба кудряшки. — Мы и вдвоем хорошо проводим время. Нам никто не нужен.

— Понятно, - с улыбкой отвечаю я. Настроение по странному стечению обстоятельств снова ползет вверх.

— Но тебя бы мы могли взять, - добавляет она. — Ты добрая, умная и мне нравишься.

Вряд ли доброта входит в список главных моих добродетелей, но поправлять Карину я не решаюсь и, подмигнув ей, просто благодарю.

— Ну что, вернемся к столу? Там Галия-апа наверное что-то вкусненькое принесла.

Бережно сложив рисунки и вернув их в альбом, Карина поднимается с пола. Надо признать, что я в ее возрасте такой аккуратной не была. Моя комната больше походила на свалку.

— А вот и мы! - бодро объявляю я, переводя взгляд с Ильдара на Камиля.

Если насчет вкусненького от Галии-апа я не ошиблась и на столе появилась новая порция невиданных мной яств, включая тонко нарубленные куски мяса и подрумяненные завитки теста, то с реакцией Камиля на ошибку брата явно прогадала.

Таким разгневанным я не видела его никогда. В глазах плещется угрожающий огонь, а между бровей залегла тяжелая складка, добавляющая ему минимум пару лет.

Ильдар же выглядит таким бледным и потерянным, что даже на нас не смотрит.

— Все в порядке? — осторожно интересуюсь я.

Ответом мне служат игнор и молчание. Я раздраженно скриплю зубами: тут у ребенка вообще-то день рождения. Могли бы свои разборки отложить на потом.

— Публичную порку здесь устраивать ни к чему, - буркаю я, беря за руку притихшую Карину.

— У вас еще куча времени для этого будет.

Я мгновенно жалею о своих словах, потому что пышущий ледяным пламенем взгляд устремляется на меня. Прищурившись, Камиль медленно выговаривает:

— Я, так понимаю, ты тоже была в курсе?

По спине пробегает противный липкий холодок. Я ни в чем не виновата, но в эту самую секунду чувствую себя едва ли не соучастницей.

— Кам… — пытается вмешаться Ильдар. —Я Дине совсем недавно сказал и то…

— Не с тобой разговариваю, - грубо отрубает Камиль, заставляя меня вздрогнуть.