Эссенция Пустоты расщепит материю земной коры, начнёт грызть раскалённую магму, ману, воздух, заодно убьёт вообще всё живое в радиусе нескольких тысяч километров…

В обычных условиях Исток Пустоты можно достать только в мире Пустоты или в комплексах Древних. В привычном понимании миров такого типа не существует. Скорее, участок пространства с крайне агрессивной средой. Потому храм-бункер в домене Иссу, выделенный под слияние с Истоком — это наилучшие меры безопасности из возможных.

Я, наставница и нервничающий Каладирс стояли у входа в здание. Момент настал.

— Надо же⁈ Наверное, сегодня снег пойдёт, — удивлённо, поглядывая на Охотника, наставница приложила ладошки к своим щекам. — Невозмутимый глава Ассоциации нервничает, как перед первым поцелуем. Хочешь на мне потренироваться?

— Скорее, предвкушаю, — Каладрис нервно хохотнул и косо глянул на Хомячкович. — Всё забываю, что у вас, целителей, юмор с огоньком.

Из пола выскочила бровастая каменюка. Валера направил пристальный взгляд на управляющего доменом.

— Белобрысый…Ты принёс товар?

— Принёс, — Каладрис с невозмутимой мордой качнул головой в сторону здания-отеля.

— Как закончим, получишь то, о чём просил… Так где эм-м-м…

— Ну не здесь же⁈ — Валера деланно смутился, поглядывая на нас с наставницей. — На нас же все смотрят. Пойдём внутрь. Покажу штуку, которую я специально для тебя хранил… Так сколько, говоришь, градусов в том пиве?

За спинами двух конспираторов закрылись двери храма-бункера.

— Мальчишки! — недовольно буркнула Хомячкович. — Каладрису повезло, что хоть кто-то будет рядом находиться.

— Завидуете?

— Вот ещё! — фыркнула наставница и отвернулась.

— Были у меня пациенты-архимаги. Все как один в палатах рассказывали о своих прорывах и моменте слияния с Источником [8]. Мол, это самый интимный и в то же время самый страшный момент в жизни сильного адепта. Посторонние не должны рядом находиться. Но этот твой Валера… исключение из правил.

— Бог в помощь! — понял я намёк наставницы. — Надеюсь, и мы с вами пройдём через такое.

Прошла примерно минута, прежде чем от храма-бункера повеяло лютым холодом. Стены стремительно покрывала изморозь. У нас изо рта стали выходить облачка пара.

Хоть я и стою снаружи, ощущение, будто из меня выкачивают душу. Эмоции преснеют, окружающий мир теряет краски.

— Мать честная! — наставница трясущейся рукой указала на чёрные пятна, стремительно заполняющие все стены храма-бункера. — Я думала, что Исток мощней Источника восьмой категории раз в десять. От такого половину Российской Империи можно электричеством запитать. А из этой дурнины мощи льётся столько… Раз в сто побольше.

Я, прикрыв глаза, прислушался к сигналам тела.