О Древние! Как это чудовище, вообще, тут оказалось? Он же архонт [6]. Ему все участники турнира на один зубок.]

На запястье Чхугона также красовалась метка «Сто семьдесят два». Организаторы турнира оценили мощь земляного дракона в полтора раза больше, чем у Адоная.

* * *Сидевший посреди просеки Чхугон не обратил никакого внимания на убежавших заключённых. Ему надо продержаться всего-то неделю, и тогда смертную казнь заменят на триста лет заключения в драконьей тюрьме. Большой, но вполне посильный срок для долгоживущих.

Чхугон родился в клане земляных драконов, чьё название сейчас уже никто не вспомнит.

Но даже там из-за своей нейтральной одарённости он был предметом насмешек. Ни одна стихия не признала его своим носителем.

В возрасте восьмидесяти лет, став старшим магистром [5], Чхугон принял форму человека и отрёкся от своего драконьего прошлого. В течение следующих тридцати лет он освоил в совершенстве искусство ближнего боя. Как человек, он ходил по додзё и вызывал мастеров боевых искусств на битвы. Ещё полвека ушло на освоение меча.

Дойдя до самых тёмных глубин мастерства меча, Чхугон достиг состояния самозабвение и на много лет покинул общество разумных.

Именно во владении мечом дракон нашёл своё призвание.

Забравшись в горы, Чхугон сам построил себе лачугу из земли и камня. Время для него пролетало незаметно. Он просыпался, посвящал несколько часов молитвам Иссу, затем, приняв классическую стойку мечника, совершал по десять тысяч взмахов. Вертикальный удар, удар по диагонали, колющий.

В первые дни Чхугон, заканчивая тренировку, без сил падал на землю и спал там же, где до этого махал мечом. Просыпался с восходом солнца и снова начинал тренироваться.

Год спустя Чхугон заметил нечто странное. Он уже завершил свои десять тысяч ударов, а солнце на горизонте и не думало садиться. Тогда дракон решил посвятить оставшееся до заката время молитвам.

Шли годы. Дракон осознал, что его вера в Иссу исчезла без остатка. Каждый прожитый день, каждый взмах меча являлись своего рода молитвой Чхугона безымянному богу боевых искусств. Именно вера в боевые искусства помогла ему прорваться в архонты [6].

Там же, в покинутых горах, в земляной лачуге Чхугон прошёл через духовное перерождение.

Он стал единственным на весь мир Солэнберга драконом и мастером меча. Теперь владение оружием в полной мере компенсировало отсутствие у него родства со стихией.

Судьба сыграла злую шутку, наделив Чхугона нейтральным типом одарённости. Став архонтом [6], дракон научился через «Территорию» телепортировать к противнику выпускаемые из меча силовые лезвия. Атака архонта [6], сжатая Властью до предела — это уже не шутки.

…

Возвращение Чхугона в цивилизованный мир совпало с уже идущей войной кланов драконов Кореи.