– Он смирится со временем, – не показываю эмоций, хотя отгоняю от себя эти мысли, потому что они причиняют боль.

– С Викой не смирился, а ведь прошло несколько лет, – удрученно напоминает Васим.

– Вот родится внук и смирится, – ухмыляюсь ему. – А там и мы с Зариной своего заделаем.

– Ее дед никогда не согласится, – качает головой друг. – Он может даже нарушить мир. Я еду с тобой, Максуд. Закажи билет и на меня.

– Не думаю, что это необходимо.

– Я не разрешения спрашиваю! Я все это начал, я и закончу. Как мужчина, я должен пойти и объясниться с ее семьей. Рассказать им все, как есть. А потом по всем правилам просить ее руки для тебя, – пылко заявляет он, немало удивляя меня.

Учитывая, как Васим вел себя весь последний год, пряча голову в песок, это решение кажется для него слишком волевым.

– Ты серьезно?

– Да, – заявляет он. – И не смотри так на меня! Я о многом жалею из того, что сделал. О непринятых решениях и несказанных словах. Пора принять на себя всю ответственность, не перекладывая ее на других. В конце концов, я взрослый мужчина.

«Действительно взрослый» – с гордостью думаю я, глядя на него с одобрением.

То, что Васим решил меня поддержать удивляет и радует, так что я и не думаю отказываться. Захожу в приложение и заказываю ему билет, а потом отправляю собирать вещи, потому что вылет уже утром.

* * *Я была ни жива, ни мертва по ощущениям, пока ехала с Дадой и тетей в такси от дома Максуда. Ни один из них не сказал мне ни слова, лишь бывшая свекровь демонстративно кривилась, выражая свое отвращение и презрение, но я и без того чувствовала себя готовой сгореть от стыда.

Это надо же быть пойманной в объятиях мужчины! Я сама осудила бы такую вертихвостку, так что не могла винить их за такое отношение.

К моему удивлению, Дада сначала решил заехать за моими вещами в квартиру. Я собираюсь за пятнадцать минут, просто запихав все, что влезает, в свой единственный чемодан и дорожную сумку, а потом мы едем в аэропорт, где Даде удается удачно приобрести билеты на ближайший рейс, потому что рейсы в наш родной год обычно никогда не бывают переполнены под завязку. Единственное, мест рядом друг с другом не оказалось, и, мы все трое сидим вразброс рядом с чужими людьми, что приносит мне неимоверное облегчение.

В дом дедушки по прилету я еду чуть ли не в полуобморочном состоянии от страха. На этот раз в машине Дады, которую пригнал к аэропорту один из его племянников.

– Ты расскажешь ему про Максуда? – начинает разговор тетя по дороге.

Я сижу, затаив дыхание и ожидая ответа, потому что этот вопрос волнует и меня саму.

– Это не мое дело! – резко говорит Дада. – Сами расскажут, если захотят.

На этом смелость бывшей свекрови заканчивается и она замолкает, понимая, что лучше не трогать Даду в таком настроении.