Заперся в ванной на полчаса, а вышел уже приняв душ, в тех же штанах и все еще с обнаженным торсом, на котором поблескивают капельки воды.

– Доброе утро! Оденьтесь, пожалуйста, – выдавливаю из себя, глядя в пол, потому что он зашел на кухню.

– Доброе утро, – зевая, бормочет он, но послушно удаляется в спальню, выходя уже одетым. – Я не понял, колючка, ты уже в адеквате, раз снова такая вежливая?

Я не хочу снова стирать границы. Не хочу хамить ему, потому что это нас только сближает, поэтому изо всех сил держу эмоции под контролем.

– Отвезите меня к Васиму, пожалуйста, – прошу вежливо. – Я хочу раз и навсегда прояснить эту ситуацию и понять, как жить дальше.

– Упрямая, – вздыхает Максуд. – Ну, ладно. Завтракать все равно нечем, так что пошли.

Он одет, пусть и в брендовые, но спортивные штаны и футболку. Меня удивляет то, что Максуд в таком виде хочет выйти из дома, ведь на родине он очень следил за внешним видом, но он реально берет ключ от машины с тумбочки в прихожей и открывает передо мной входную дверь.

– Убедись, что взяла с собой все свои вещи, – насмешливо говорит мужчина, глядя, как я копаюсь в своей сумке.

Я ничего не отвечаю и он молча берет мой чемодан, закрывая за нами дверь и вызывая лифт. Его машина находится на подземной парковке, немного пыльная, но ездить можно. По дороге Максуд покупает нам кофе с маффинами и так настойчиво сует мне их под нос, что мне неудобно отказываться, поэтому завтраком я накормлена, хотя конкретно от этого человека ничего принимать не хочется, несмотря на голод.

Мы подъезжаем к красивому жилому комплексу всего через десять минут. Видимо, Васим тоже живет в центре города и дом этот ничуть не хуже, чем тот, в котором живет его дядя. Не представляю, сколько стоит недвижимость в таком месте, но, похоже, они реально много зарабатывают, ведь, насколько я знаю, Дада материально им не помогает, считая, что взрослые мужчины должны сами себя содержать.

– Приехали, – говорит Максуд и выходит из машины.

Я следую его примеру, мягко закрывая дверь дорогого автомобиля. Мой багаж мы оставляем пока в нем, поднимаясь на нужный этаж без сумок.

– Видишь вон ту дверь? – говорит Максуд, указывая на одну из трех дверей, когда мы выходим из лифта. – Там живет Васим. Иди.

– А вы разве не зайдете? – удивляюсь я.

Звучит смешно, но идти одной мне страшно. Я думала, мы вместе пойдем и поговорим с моим мужем-незнакомцем, ведь я его видела лишь раз в жизни, да и Максуд по телефону с ним общался и должен был сообщить о нашем приезде.

– Нет, давай сама, – гаденько усмехается он. – Я здесь подожду. Это же ваше личное, семейное дело.

Делать нечего, так что я подхожу к указанной им двери и звоню.