После разговора с капитаном решила, что правильнее всего будет, чтобы я всегда сама себе клала еду в тарелку. Не стоит ларкам давать неправильные намёки.
— Пирог с грушей? Чай? Мёд? — продолжал закидывать меня вопросами Ругхарон, а Оушен старательно переводил.
Я поднялась со ступеньки, исправно выполняющей роль стула, потянулась и взяла первую попавшуюся булочку. Подцепила вилкой колбасную нарезку и водрузила её поверх.
— А первое? Неужели не попробуешь мясную похлёбку? — уточнил разочарованный Таррик.
Он-то уже говорил со мной на общегалактическом ещё в рубке корабля, поэтому ему переводчик не понадобился.
Я пожала плечами и как бы невзначай поинтересовалась:
— А кто сегодня готовил? Чья смена? — Не то чтобы меня это интересовало по-настоящему, но просто как-то уж подозрительно ребята пытались меня накормить, несмотря на слова капитана.
Тяжелая миска с ароматной похлёбкой со стуком приземлилась прямо напротив меня. Оушен не выдержал и подошёл ко мне вплотную.
— Я готовил. Попробуешь?
Я задрала голову и посмотрела в блестящие глаза ларка. В мерцающем свете свечей мне показалось, что его глаза абсолютно чёрные, как будто бы зрачок расширился и затопил всю радужку.
Мысленно перенеслась в каюту, когда Ашенторн лечил мою ступню, вспомнила то потрясающее тёплое чувство, которое меня омывало волной, а затем крайнее смущение ларка и нежелание смотреть на меня, когда он рассказывал о традициях ларков.
Адреналин так резко выплеснулся в кровь, что я почувствовала, как у меня стремительно покраснело лицо и уши.
— Спасибо, я не голодна, — произнесла совершенно чужим хриплым голосом."
"Я нагло врала и есть хотела безумно, так как не приходила на обед, и все присутствующие об этом точно знали. Но никто даже не попытался уличить меня во лжи. Отвернулась, чтобы больше не смотреть на Оушена, вскочила с места и бросилась в каюту.













Комментарии
Добавить комментарий