И вам, леди, необходимо заняться тем же! Вы же на ногах не держитесь!

— Я просто хочу увидеть его! — взмолилась.

Проклятье… опустошение магических резервов сопровождается чудовищным откатом и болью. И неизвестно, сколько он не сможет использовать Дар…

— Входите, — сказал Даррелл, открывая двери, — мы с Таем решили, что пока он не восстановится ему лучше ночевать здесь.

— Это…

— Мои личные апартаменты. Я пока поживу в кабинете. А в ваших старых комнатах ночует человек Тая, притворяющийся полковником — на случай, если туда вновь наведаются нежданные гости.

— Хорошо. И… Светлейший… спасибо! Мы…

— И вам спасибо, леди, — жрец неожиданно замолчал и смущено добавил. — Я смогу позже поговорить с сестрой?

— Передайте, что бы он даже не смел себя ни в чём винить! — неожиданно всхлипнула Кристалиара. — Точно успел надумать, что обязан был предугадать замысел Аворилиан. Я же по глазам вижу!

— Королева просит передать, что вы не могли предсказать предательство принцессы, — устало ответила.

— Крис…, — лицо Даррелла осветила искренняя тёплая улыбка, и он облегчённо выдохнул, — мы обязательно спасём тебя!

— Надеюсь, — прошептала фейри.

— Мы спасём вас! — уверено повторила. — Даже не смейте сомневаться! Мы слишком многое пережили, чтобы опускать руки!

— Знаю. Но всё равно боюсь…"

"— Крис, целители сказали, что твоё состояние немного стабилизировалось, — обрадовал нас жрец, — Аворилиан, конечно, вне себя от ярости. Но я уговорил Совет запретить ей посещать твои покои, чтобы «убитая горем сестра» не мешала работе целителей. Сейчас там могут находиться только маги Истинного Света, непосредственно занимающиеся лечением.

— Ох! А ведь это практически победа! — воскликнула я. Всё же, не зря рисковала жизнью, проникая в покои королевы.

— До победы ещё далеко, — грустно улыбнулся Деррелл, — но уже огромное достижение. О планах мы поговорим завтра. Пойдёмте, пока вы от усталости не потеряли сознание.

Я зашла вслед за ним в небольшую уютную гостиную. Но стоило подойти к дверям, ведущим в спальню, как в голове раздался усталый, но такой родной голос.

— Беата?!

— Хуан! — я ворвалась в комнату и, добежав до кровати, на которой лежал дракон, рухнула в его объятья.

— Родная моя, — прошептал он, целуя меня в висок, — я едва не сошёл с ума … боялся, что больше тебя не увижу…

Сзади раздался грохот и причитания. Пытаясь тихо и тактично отступить, Даррелл умудрился разбить стоящую возле дверей вазу.

— Извините, — прошипел фэйри, присев на корточки, — я сам всё соберу, чтобы не звать слуг ночью.

— Я помогу, — вздохнула.